Магический мир Видесса не всегда потрясала поступь римских легионеров Марка Скавра. За полтысячи лет до этого произошли события не менее значительные и судьбоносные, и начались они с той мрачной ночи, когда юного Криспа и его родных захватили в рабство северные варвары. Мог ли знать народ Видесса, платя варварам выкуп за угнанных крестьян, чем обернется для страны возвращение Криспа в родные места?..
Ребекке (которая приехала к главе пятой) и ее бабушкам, Гертруде и Нэнси, посвящается
Действие первых двух книг «Саги о Криспе» – «Возвышение Криспа» и «Крисп Видесский» – происходит в той же вселенной, что и действие четырех книг видесского цикла: «Потерянный легион», «Император для легиона», «Легион Видесса» и «Мечи легиона».
События, описанные в «Саге о Криспе», произошли лет на пятьсот раньше событий, изложенных в видесском цикле. Поэтому карта, предваряющая текст, отличается от той, что была помещена в книгах видесского цикла. То же относится и к обычаям, которые появляются здесь: нации, даже вымышленные, не стоят на месте целых пять столетий.
Грохот копыт. Резкие гортанные крики.
Крисп приоткрыл один глаз. Было еще темно – по-видимому, середина ночи. Он потряс головой. Ему не нравился шум, пробудивший его ото сна. Он закрыл глаз и снова свернулся калачиком между матерью и отцом на соломенном тюфяке, где спала вся семья, включая маленькую сестренку Криспа.
Но как только он решил постараться заснуть, проснулись родители.
Крисп почувствовал, как напряглись их тела по обе стороны от него. Сестренка Евдокия спала беспробудным сном. «Везет же некоторым», – подумал Крисп, хотя никогда раньше не считал сестру особенно везучей. Во-первых, ей исполнилось всего три года – вдвое меньше, чем ему, – а во-вторых, она была девчонка.
Крики сменились воплями. Криспу удалось разобрать слова:
«Кубраты! Кубраты в деревне!»
– Фос, помоги нам! – ахнула мать, и возглас ее был почти таким же пронзительным, как вопли ужаса, доносившиеся из тьмы.
– Благой бог помогает тем, кто сам себе помогает, – отозвался отец, вскочив на ноги.
Это наконец разбудило Евдокию. Она заплакала.
– Успокой ее, Таце! – рявкнул отец.
Мать прижала Евдокию к себе, тихонько запела колыбельную.
«Интересно, – подумал Крисп, – если бы я заплакал, меня бы тоже взяли на руки?» Вряд ли. Скорее отец шлепнул бы его по попке или по щеке. Как любой деревенский мальчишка, живший неподалеку от Имброса, Крисп, конечно же, знал, кто такие кубраты: дикари с северных гор.
– Мы будем с ними сражаться, пап? – спросил он. Не далее как вчера он убил деревянным мечом десяток воображаемых грабителей.
Но отец покачал головой.
– Сражаться – дело солдатское. Кубраты, будь они неладны, все до одного отличные солдаты. А мы – нет. Мы и глазом моргнуть не успеем, как нас всех перебьют. Это тебе не игра, сынок.
– Но что же нам делать, Фостий? – спросила мать, готовая, казалось, расплакаться вместе с Евдокией. Это потрясло Криспа больше, чем весь уличный шум. Что может быть страшнее испуга в голосе матери?
Ответ пришел через минуту: испуг в голосе отца.
– Бежать, – угрюмо отозвался Фостий, – пока нас не утащили двуногие волки. Поэтому я и строился ближе к лесу; поэтому и дверь у нас, в отличие от соседей, выходит туда: чтобы можно было бежать, если нагрянут кубраты.
Мать нагнулась и тут же выпрямилась.
– Ребенка я взяла.
– Я не ребенок! – возмущенно заявила Евдокия и опять захныкала.
Никто не обратил на нее внимания. Отец так сильно сжал плечо Криспа, что тот почувствовал кожей отцовскую ладонь, точно и не было на нем тонкой ночной рубашки.
– Сможешь быстро-быстро добежать до деревьев, сынок, и спрятаться, пока плохие люди не уйдут?
– Да, отец. – Теперь это снова стало похоже на игру. Сколько раз Крисп играл в лесу – не сосчитаешь!
– Тогда беги!
Фостий отворил дверь. Крисп припустил со всех ног. За ним бежала мать, прижимая к себе Евдокию. Отец был замыкающим. Крисп знал, что отец умеет бегать быстрее, но сейчас он не пытался их обогнать. Он прикрывал свою семью, держась между ней и деревней.
Молотя босыми пятками по земле, Крисп бросил взгляд через плечо.
Столько лошадей и факелов он в жизни не видел. На лошадях сидели незнакомые люди – те самые страшные кубраты, надо полагать. Он заметил и толпу деревенских жителей. Всадники с каждой секундой сгоняли все больше народу.
– Не оглядывайся, сынок! Беги! – крикнул отец.
Крисп побежал еще быстрее. Спасительные деревья были уже недалеко. Но тут раздался новый крик, и лошади зацокали копытами. Звук погони приближался с жуткой скоростью.
Захлебываясь воздухом, Крисп подумал: это нечестно, что кони умеют бегать так быстро.
– Стойте, стрелять будем! – раздался голос за спиной. Крисп, привыкший к гнусавому говору родной деревни, еле разобрал слова, произнесенные хотя и по-видесски, но с незнакомым акцентом.
– Беги! – снова крикнул отец.
Но всадники уже молнией пронеслись по обе стороны от Криспа так близко, что его обдуло теплым ветерком от коней, а в нос ему ударил запах разгоряченных животных, – и развернулись, отрезав его и родителей от леса.
