К предстоящему обряду Рисса поначалу отнеслась спокойно. Ну, решили ее знакомые связать свои судьбы с нагами, это их дело. Но что-то царапало и мешало принять это. И она направилась в замок нагов. Просто узнать, как дела у леди-появленок и опробовать амулет в действии. Здесь она была в относительной безопасности, ведь домик-укрытие рядом, а дорогу в него она припрятала в перстенек, чтобы не тратить больше времени на рисование рун, а просто повернуть колечко на пальце.
Леди обрадовались ей, как родной. Рисса видела, что обеих что-то сильно тревожит, но не лезла с расспросами, поняла только, что предстоящая церемония девушек не радует. Но они сами все рассказали и попросили помочь, ничего не суля взамен. Анериссания была молода и эмоциональна. Юношеские порывы свойственны и демонам. Поэтому она с удовольствием согласилась. Нет, ну, интересно же, да, что из этого выйдет?
О чем перед церемонией думали Таня и Наина? О безопасности и благополучии тех, за кого взяли ответственность. Пиринс снова говорил с ними, намекал, что стоит быть разумными, и тогда в их жизни все будет замечательно, и они не будут ни в чем нуждаться. Девушки усвоили одно — непокорность ведет к старухе Корделии и лишает последнего шанса на свободу. Поэтому не бунтовали.
Они были разумны, помогали с организацией церемонии, делились знаниями из своего мира, которые могли быть полезны для ведения переговоров, и всячески демонстрировали себя с лучшей стороны. Пиринс отнес это все в свои личные заслуги, решив, что был убедителен. Советник ходил хмурый и косился недоверчиво, но леди не давали повода заподозрить себя в нелояльности и попыток побега не предпринимали.
Они и правда прекрасно поработали в эти дни — для каждого гостя были подготовлены покои, приготовлен великолепный ужин, замок вычищен и наряжен. Даже “гарем” прекрасно вписался в предстоящую церемонию. Леди убедили нагов, что расставить девушек в качестве живого коридора и заставить осыпать брачующихся лепестками цветов — отличная идея, ведь получится свежо и оригинально. Наг согласился, и леди ежедневно разучивали с подопечными правильные движения и перемещения.
Паулис сомневался, что девушки справятся, но у них действительно получалось делать все так слаженно и красиво, что гости никогда бы не заподозрили его “гарем” в неразумности.
Все шло по плану. Гости заполнили подземный храм и встали с двух сторон от дорожки, ведущей к алтарю. Проход бы окаймлен камнями, которые должны были засветиться, демонстрируя благословение Богини. Паулис чинно прошествовал к алтарю под руки с двумя невестами. Те выполнили и свое обещание относительно нарядов. Простые белые платья, совершенно не похожие на откровенные наряды нагинь, слишком целомудренные на взгляд пиринса, ненавязчиво и тонко подчеркивали все прелести его невест. Наг был доволен.
Он уже предвкушал, как освободит леди от покровов, оставив только цепочки в волосах и брачные браслеты на руках. Потом подумал и мысленно добавил еще цепочек и подвесок по всему телу. Воображаемое пришлось нагу по душе. “Кстати, — подумалось ему, — ведь и остальных девушек можно одеть также. Зачем под балахонами рубахи, пусть будет только множество цепочек”. Он бросил взгляд на человеческих девушек. Те стояли стайкой, опустив головы, с небольшими корзинками в руках. “Э-эх, неразумные, не оценят великолепия задумки. Надо будет их бабке показать, что там у них с головой-то стало, убрала, нет она свои чары, или они сами проснулись?” С начавшимися переговорами у правителя совсем не было времени. Братья настаивали или на казни всех пойманных, или на пожизненной ссылке на рудники с полной конфискацией их имущества. Разумеется, нагов это не устраивало, терять имущество не хотелось. Впрочем не только нагов. Среди задержанных были и оборотни, и рвачи, и подобные переговоры велись со всеми. И завтра предстоял новый круг, но уже с участием прибывших драконов. Эти мысли ненадолго отвлекли нага, но взгляд на невест и он снова начал мысленно снимать покровы.
Пока жених с невестами шел до алтаря, камни, что были вмурованы в края дорожки, уловили мысли в распаленном воображении нага и засветились. Пиринс окончательно успокоился. “Значит, Богиня благословила брак, и никто не посмеет его оспаривать”, — удовлетворенно думал наг. На острове среди его соплеменников это было нерушимым законом.
“Гарем” выстроился и приготовился осыпать их лепестками на выходе из храма.
