Правитель вампиров фыркнул себе под нос. Он никак не мог понять, как Каллены вообще из раза в раз позволяют себе такую глупость? Неужели вегетарианцы серьезно полагают, что могут жить так вечно? Что они никогда не встретят знакомых, что их не узнают? Что их не найдут по социальным службам? Можно подумать, они одни переезжают из одного конца страны в другой. К чему лишние вопросы? Каллены даже не догадывались «гостить» в других странах! Потрясающая халатность. И лицемерие.
Говорить о любви к человеку и так подставлять каждого, кто встречается на их пути! Взять хотя бы Джаспера! Он напал на эту человеческую девчонку… Не удивительно. Как они разрешают ему ходить в школу, переполненную подвижными подростками? Неловкое движение на уроке физкультуры, нож, соскользнувший на палец в процессе лабораторной, да мало ли, что может случиться? Каллены что потом, убьют весь класс свидетелей? Или сразу весь городок?
Думая об этом серьезно, Кай иной раз поражался выдержке последнего сына Калленов. Как этот Джаспер вообще выдерживает такое близкое соседство с людьми? Ведь даже ему, древнему вампиру, было бы тяжело весь день находиться в ограниченном помещении рядом с ними. О чем вообще думает этот Карлайл-гуманист? Не слишком похоже на любовь к людям, скорее — на нежелание менять привычный образ жизни. И когда до Карлайла дойдет, что нельзя играть в человека, не будучи им? Ты можешь находиться среди людей, даже общаться с ними, но человеком ты от этого не станешь. Поразительно, как такой довольно «взрослый» вампир этого не понимает, да еще и детей своих воспитал по такому принципу.
И в этом была главная проблема. Там не один Карлайл такой был, там было большое семейство. И каждый из них чудил в меру сил и фантазии! Как, как Вольтури могли им доверять? Так и приходилось время от времени следить за ними во избежание открытия главной вампирской тайны.
Сами Каллены, разумеется, думали о Вольтури иначе. Всех правителей считали монстрами и надутыми индюками, которые готовы на все ради достижения своих целей. В чем-то вегетарианцы правы, конечно. Да, есть в этом мире Вольтури. Правители! Но долг королей не только принимать решения сегодня, но и смотреть в день грядущий. Отвоевать вампирский трон — это еще полдела, каждый новый день Вольтури вынуждены доказывать свое право находиться здесь, во главе всех вампиров. Каждый новый день они принимают решения, от которых зависит не только их судьба, но и судьба всех вампиров и смертных на планете.
Это ведь не в школу ходить, не примерчики решать в свои сто с лишним лет, чем баловались все это время Каллены. Здесь нужен ум, нужна решительность, умение иногда быть жестким, если не жестоким. И способность признавать свои ошибки, что важнее всего прочего!
Но за право обладать властью всегда приходится платить. И как же всех Вольтури, а в особенности Кая, злило порой, что какая-то кучка недоучек во всеуслышание, пусть и за глаза, называла его тираном и деспотом, когда сами едва ли были лучше, если судить не по словам, а по делам.
Будь Вольтури такими, как про них говорили, разве были бы Каллены в этом мире? Разве позволили бы им питаться животными, расширять раз за разом семью?! Все это Калленов не интересовало…
Быть уверенным в своей непогрешимой святости легко. И думать при этом не надо. Удобно.
***
Я уныло разглядывала неровные горные хребты, окружающие место нашего ночлега, и часто переступала с ноги на ногу. То ли от нервов, то ли от холода. И хотя на дворе давно стоял апрель, и погода теперь радовала нас теплыми деньками все чаще, здесь, среди горных вершин, было холодно. Да и снежная буря, отбушевавшая всего пару часов назад, опустила столбик термометра окончательно.
В том, что мы здесь, не было ничего хорошего. Мы пытались оттянуть этот момент, но кто нас спрашивал? Виктория, обезумев от жажды мести, не считалась ни с кем. Боже, она обратила целую толпу случайных людей, и все вместе они убили еще больше народу… И все лишь для того, чтобы добраться до меня. Не много ли чести и вампирских щедрот для меня, простой смертной?
Виктория не знала, что ее планы уже известны, она надеялась застать нас врасплох. Собственно, мы рассчитывали на то же самое. Я хотела верить словам Джаспера о том, что оборотни станут неприятным сюрпризом для новорожденных.
Ох, как же я волнуюсь! Так сильно, что голова идет кругом, и желудок уже скрутился в узел. Тошнота так и подступает к горлу. Так, спокойно, Белла… Спокойно, все получится. У меня нет оснований не доверять Эдварду или Джейку, всем Калленам.
Ах, о чем я вообще думаю, они практически моя семья! Они обязательно защитят меня, а стая им поможет. Но я боюсь не за свою жалкую человеческую жизнь. Я боюсь за Эдварда. И хотя я знаю, что я в миллионы раз более хрупкая, да еще и при моей неуклюжести… Я все равно боюсь, что Виктория доберется до него, до нас. Перед ней у Эдварда нет физических преимуществ: ее тело не менее прочное и сильное.
