СОНЯ: Алло, привет.
ТЁМА: Привет. Как бессонница?
СОНЯ: Поживает лучше, чем я. И показывает старые клипы.
ТЁМА: Ага, ну что ж, бывает. Так ты как, придёшь?
СОНЯ: Приду. А что, праздник какой-то?
ТЁМА: Пашка приедет и его надо вписать. Мы с ним вчера списались и решили, что надо собраться повидаться.
СОНЯ: Хороший повод. Только почему ты вчера всем не написал?
ТЁМА: Это потому что…
Тёма запнулся, и из его головы стало всплывать облако мыслей, в котором, как на экране, начало проявляться изображение. Cперва крутятся шестерёнки, затем фон в стиле телеигры «Кто хочет стать миллионером?» и четыре варианта ответа: (А) Сказать, что был очень занят и не успел; (Б) Сказать, что вчера дома пропал интернет; (В) Сказать, что потерял счёт времени в интернете; (Г) Заснул и перенёс уведомление на утро. Отметка падает на (В) и облачко рассыпается.
ТЁМА: …я просто хотел написать сразу после того, как дочитаю одну новость. В итоге я часа в три ночи поймал себя на том, что читаю на википедии статью о медведках. Тогда-то я и понял, что на сегодня с меня хватит. И лёг спать.
СОНЯ: Понятненько. Лучше звони, а не пиши. А то у нас некоторые в сети месяцами не бывают.
ТЁМА: Хм, и то верно.
СОНЯ: А ты на фест пойдёшь? Там Славик будет в косплее.
ТЁМА: Да. Я тоже на него посмотреть хочу.
СОНЯ: Ага. Ну тогда там и увидимся. Пока.
В небольшой комнате, посреди умеренного бардака, Ваняв одних только трусах нежится в постели с блаженной улыбкой, провожая отпустивший его сон. Звонит телефон, Ваня тянется к мобильнику – это Тёма.
ВАНЯ (тихим спокойным голосом): Аллоу.
ТЁМА: Привяу. Ты там всё ещё спишь?
ВАНЯ: Ага.
ТЁМА: Как тебе не стыдно? Уж скоро полдень, а ты что? Всё ещё дрыхнешь.
ВАНЯ: Завидуешь мне?
ТЁМА: Конечно, я-то целых пару минут назад как встал, а ты всё ещё спишь. Куда мне до тебя.
ВАНЯ: Всё так. Тем более, сегодня выходной – чего ещё делать?
ТЁМА: Например, гостей встречать.
ВАНЯ (заинтересованно, приподнимается): Каких таких гостей?
ТЁМА: Да вот таких вот гостей. Пашка возвращается восвояси. Устроим вписку.
ВАНЯ (стоит около двери в вечериночной одежде): Я только за! Обожаю вечеринки.
ТЁМА: Губу закатай. Это будет не прямо вечеринка, а обычная вписочка. И она будет только после феста. Кстати, идёшь на фест?
ВАНЯ (лёжа в кровати под одеялом): Аааа, вон как. Не знаю, не знаю. К тебе вечером я приду, а касательно феста… Не особо хочу вставать и переться туда. Ходят разные люди ряженые, аниме всякое. Совсем не интересно.
ТЁМА: Там Славка будет. С костюмом.
ВАНЯ (полуодетый сидит на кровати): Интригующая замануха. Короче, я сейчас генератор случайных чисел запущу, пусть он определит, идти мне или не стоит. Так что шанс моего прибытия на фест пятьдесят процентов.
Ваня берёт монетку, подбрасывает её, ловит и смотрит, что же ему выпало.
Комната освещена естественным уличным освещением, разные одетые люди на большой разложенной кровати, укрывшись одним пледом на всех, всё ещё спят. Все, кроме одного. Крайний парень, укрытый с головой, приподнимается, чтобы сесть на краешек кровати. Он достаёт свой телефон, смотрит в экран, проверяя, что там новенького, и убирает мобилуобратно в карман. Теперь его взгляд устремлён на ноги–одна нога легко нашла тапок, а вторая блуждает в поисках другого тапка, чтобы напялить их,встать и пойти на кухню.
На кухне сидят Люба и Анна. Анна курит электронку, Люба пьёт свежеприготовленный кофе с молоком, бутылкакоторого всё ещё на столе. Завидев парня, девушки замолкают и заинтересованно смотрят на Кирилла.
АННА: Как спалось, Кирюх?
КИРИЛЛ: Нормально. Есть чай, кофе, что-нибудь?
ЛЮБА: Кофе есть. Чайник только не включай. Он только что вскипел.
Кирилл лёгким постукиванием пальцев касается чайника для проверки горячести оного, насыпает в чашку сахар и кофе, заливает смесь кипятком, и начинает мешать чайной ложечкой, стуча по чашке, параллельно спрашивая:
КИРИЛЛ: А чё это вы замолчали, когда я зашёл?
АННЫ: Да так, ни чё.
Девушки поворачиваются и смотрят друг на друга с ухмылками. Руки Кирилла доливают в чашку горячего кофе молоко.
ЛЮБА: Это мы о своём, о женском.
Руки Кирилла поднимают чашку к лицу, скрытому чёлкой, но не обычной чёлкой длинныхволос, которые последнее время носил этот парниша, а вполне себе типичной эмо чёлкой. Отпив из своей чашки, Кирилл бросил недоверчивый взгляд на девичьи улыбки.
КИРИЛЛ (прищурившись и ещё раз отпив): Как-то вы очень подозрительно замолчали, когда я вошёл.
Кирилл в несколько глотков допивает кофе под любопытствующие взгляды девушек, затем ополаскивает кружку, убирает её и идёт в ванную, где задерживается всего на несколько секунд, потому что, увидев себя в зеркале впервые со вчерашнего дня, как ошпаренный выбегает обратно на кухню. У него глаза как пятирублёвые монеты и молчаливый шок на лице. Слегка наклонившись вперёд, Кирилл показывает на свои волосы двумя указательными пальцами, на лице – невыразимое возмущение.
КИРИЛЛ: Это что?!
АННА: Твоё лицо, когда две тысячи седьмой год вернул тебя.
Девушки смеются.
КИРИЛЛ (схватившись за волосы): Как так?!
