Дон подошел поближе к схеме судна, и у него екнуло сердце, когда он увидел, что отсек 107JN – пилотская кабина, могучий мозг судна.
Как только компьютер закончил печатать список поврежденных помещений, Дон оторвал листок и сунул в карман на штанине скафандра. Подхватив медицинскую сумку, он выбежал из лазарета и направился к рубке.
Вероятно, в каждом из перечисленных отсеков одни мертвецы. А может, там есть и раненые, которых еще можно спасти... если действовать достаточно быстро, конечно. Но значение имел только один отсек. Рубка и работающие там люди.
Без них этот огромный корабль превратится всего лишь в бестолково вращающуюся глыбу металла. Он пронесется в космосе, минует орбиту Марса и канет в беспросветную тьму.
Впереди показалась лестница, ведущая с палубы A на палубу B, где размещалась рубка.
– Что случилось? Что за тревога? – спросил испуганный человек в лиловом костюме, выскакивая из каюты и пытаясь загородить Дону дорогу.
– Авария. Оставайтесь в каюте и действуйте согласно инструкции. – Дон прошмыгнул мимо, заставив человека посторониться, хотя тот действовал достаточно расторопно. Затем Дон свернул на лестницу и ткнулся в закрытую дверь.
Это была автоматическая воздухонепроницаемая дверь, закрывавшаяся, когда отсекам грозила разгерметизация. Она отрезала каждый отсек от соседних, предотвращая распространение бедствия.
На панели возле двери горел зеленый сигнал – в отсеке был воздух. Дон зашарил по карманам в поисках специального ключа, когда за спиной послышался топот бегущих ног.
– Позвольте мне открыть, док, – выкрикнул бегущий. Дон отошел в сторону. Это был помощник электрика Голд, также облаченный в скафандр с открытым забралом. Все члены экипажа, точнее, выжившие члены экипажа были обязаны облачиться в них. Голд сунул в прорезь свой ключ, и дверь тут же открылась. Но когда люди вошли, она сразу захлопнулась у них за спиной. И они, временно объединившись, пошли вниз по лестнице.
В нижней части лестницы тоже оказалась закрытая дверь, рядом пылал красный сигнал.
– Все должны были выбежать, спасаясь от истечения воздуха, – произнес Голд внезапно севшим голосом.
– Нужно обязательно войти туда.
– Лучше воспользуемся этим ключом, док. Мой не подходит к эвакуируемым помещениям.
В летящем космическом корабле приходилось беречь необходимый для жизни воздух. Лишь немногие офицеры располагали ключом, способным открыть дверь, за которой был вакуум. Дон вставил ключ и повернул.
Стало слышно, как заработали электрические двигатели, борющиеся с давлением воздуха, мешавшим открыть дверь. Затем она медленно поползла в сторону. Едва возникла тонкая, как волос, щель, раздался ужасающий свист, раздирающий барабанные перепонки: воздух устремился с лестницы внутрь помещения.
Раздалось два резких щелчка: «клак», «клак» – это захлопнулись щитки на шлемах. Дверь распахнулась, они прошли сквозь нее и оказались в секции коридора, расположенной непосредственно перед пилотской рубкой. Воздухонепроницаемые переборки по обеим ее сторонам были закрыты, образуя герметичный отсек. Перед нами оказалась полузакрытая дверь пилотской рубки. Закрыться ей мешало тело капитана Кандида.
Глаза капитана – голубые, пустые и остановившиеся – остекленело глядели на пришедших. На лице застыл гнев, словно капитан злился на них за то, что они не успели вовремя его вытащить.
Дон отвел взгляд от этих обвиняющих глаз и вставил ключ в замок. Дверь скользнула в сторону, и они шагнули внутрь рубки. В вакууме их подошвы беззвучно ударяли по металлу палубы.
Подробности разыгравшейся здесь трагедии можно было с ужасающей ясностью угадать по груде тел у входа. В момент аварии те, кто находился ближе к нему, попытались им воспользоваться. Тем не менее боровшиеся за свою жизнь офицеры и матросы позаботились о том, чтобы капитан вышел первым. Он был самым необходимым человеком на борту. Двое, ухватившиеся за двери в попытке помешать ей закрыться и придавить капитана, все еще цеплялись за нее скрюченными пальцами. Первый помощник сжимал в руке ключ. Он пытался вставить его в контрольный замок.
Когда дверь открылась, они упали. Все они были мертвы. Все скрюченные в этом отсеке тела носили следы жестокой короткой агонии и были скованы космическим морозом. Дон подошел и осмотрел валяющиеся на полу остатки радиостанции. Большой приемник был полностью выведен из строя и перевернут. Брызги расплавленного металла разлетелись во все стороны. Нагнувшись, Дон увидел внизу дыру, пронизывающую и термоизоляцию, и расположенные в стене баки с водой. Во тьме другой дыры мерцали звезды. Обернувшись, он увидел на другом конце рубки брешь, пробитую метеоритом, на его всесокрушающем пути.
Здесь нечего было делать. Следовало позаботиться о живых. Уже поворачиваясь, чтобы уйти, Дон заметил, что помощник электрика Голд делает ему знаки левой рукой. Они сблизились и соприкоснулись шлемами.
– Можно будет залатать эту дыру? – спросил Дон; его голос передавался через материал шлема.
