– Капитан, сэр, не можете ли вы сказать мне, каковы ваши планы? Я имею в виду, после госпиталя. Большинство врачей начинают свою карьеру в космосе, но потом предают его, принимая должности на планетах, то есть переходят в разряд наземников. Я полагаю, ничто не может удержать их в пространстве. И я хотел бы знать, каковы ваши планы... я имею в виду...
Дон собирался работать на одной из планет, в этом не могло быть никаких сомнений. Однако в одно мгновение он обнаружил, что об этом даже подумать невозможно. Наземники – единственно подходящее слово. Что значили эти пыльные глобусы по сравнению с кристальной чистотой космоса? Служба на дальних лайнерах, орбитальных научных станциях – бесконечные возможности, если хоть раз задуматься над этим. Однако он ответил еще до того, как эта мысль успела оформиться.
– Не верьте старым сплетням, старшина. Мне хочется работать наземником не больше, чем, скажем, вам.
– Более определенного ответа быть не может! – широко улыбаясь, Курикка щелкнул каблуками и удалился.
Дверь закрылась, и Дон остался один.
Он развернул фуражку и провел пальцем по гладкому цилиндрику эмблемы. Он почти сожалел, что полет окончился.
Будет немного скучно снова стать просто врачом.
– Трудный полет, и я рад, что он позади, – грустно сказал он себе. – Я очень рад, что мы достигли наконец тихой гавани. Но у меня есть эта фуражка, и я помню, что она означает. Этого у меня никогда не отнимут.
