Как-то они с Софьей лежали в постели, Борисков мельком посмотрел на часы и подумал, что надо собираться. Он ненавидел этот миг, но, наконец, встал. Софья посмотрела на него пристально. С ней явно что-то происходило. Она сказала:
– Останься! Я прошу тебя, останься!
– Я не могу! Ты же знаешь!
– Почему?
–Ты же знаешь!
– Ты меня не любишь?
– Ты же знаешь, что люблю. – Разговор был простой, но казалось будто огромные камни ворочали.
– Тогда почему? Разведись, мы поженимся и будем жить вместе.
– Я занимаюсь этим, – соврал Борисков.
– Это твой выбор. Тогда – все! – сказала Софья и, сжав губы, отвернулась. Это ее выражение лица он потом еще вспомнил, увидев скульптуру Родена "Любовь убегает". Потом она вскочила с постели и быстро начала одеваться. Борисков со щемящим сердцем попытался ее обнять. Впрочем, Софья, застегивая бюстгальтер, отмахнулась: "Я тебя знаю, ты можешь кончить только один раз, два раза подряд у тебя не получится. Давай, вали!"
Борисков любил Софью, но и маленькую Лизу очень любил. И выбор между ними сделать не мог. А много позже оказалось, что в конечном итоге он потерял все.
Потом Софья стала куда-то исчезать, скрываться от Борискова, вероятно, завела другого – хотела постоянной связи. Борисков мучился, подкарауливал ее. Тогда по средам ходили в спортзал на волейбол. Однажды сидел в раздевалке с Игнашевичем, врачом-дерматовенерологом. Они с ним как раз переодевались после игры. Игнашевич что-то там гнал по своим проблемам с подругой. У него всегда были проблемы с женщинами.
– Согласись, когда люди любят друг друга, они не могут друг без друга жить, скучают, стремятся чаще встречаться, каждый раз с трудом расстаются, постоянно непроизвольно пытаются прикоснуться друг к другу. А тут что получается: она живет с другим мужиком, вообще не желает с тобой встречаться, ты видишь ее только в ее обеденный перерыв один раз в неделю, когда она все время посматривает на часы и задает вежливые, ничего не значащие вопросы. Потом она уходит, и ни тебе ни звонка, ничего. Ты можешь прийти через две недели, через месяц, и никаких к тебе вопросов, где ты был, что делал. Это любовь?
Борисков тупо смотрел в пол. Игнашевич, который был в курсе их отношений с Софьей, видя подавленное состояние Борискова, заговорил, как всегда по своей манере, наклонив голову набок и не глядя ему в глаза:
– Да чего ты так убиваешься? На тебя же смотреть больно! Она тебе просто морочит голову. Раз она с ним живет – значит, ей это нравится, или, по крайней мере, это ее устраивает. Говорить "люблю" само по себе ничего не значит. Необходимо действие, доказательство. Для женщины доказательством любви является близость с мужчиной. Она же живет с ним, а значит и спит с ним. Каждый вечер стелет постель, ложится с ним рядом и когда кому-нибудь из них захочется, может быть, каждый раз на ночь они занимаются сексом. По статистике уж раза три-четыре в неделю это как минимум. Потом крепко спят, обнявшись. Ты ей не нужен. Я ведь ее парня знаю! – тут Игнашевич ухмыльнулся. Он говорил, не глядя на Борискова, что-то расправляя у себя в одежде: – Он приходил к нам сдавать анализы на скрытые инфекции. Софья его и приводила. Он мужик крепкий и знаешь, какой у него болт! Аж сизый, огромный, а яйца – как у слона! Я даже сам удивился. Впечатляет даже в спокойном виде. Меня удивить довольно сложно, но даже я удивился, а что уже говорить о женщинах. Он спермы наструячил чуть не пол майонезной банки. Лаборантка Маша как увидела, так закричала: "Покажите мне его скорее, я никогда не видела более качественной спермы!" Короче, суть в том, что она от него не уйдет. Тут скорее держит физиология. Я к чему все это говорю, чтобы было без ложных надежд, как ты сам всегда любишь говорить! Смотри, конечно, сам. Я же по-дружески. Любовь без взаимности совершенно не нужна, это пустое дело, всегда болезненное и разрушающее нервную систему. Женщине всегда хочется нравится многим мужчинам, покрутить мозги для нее это святое, но совершенно не обязательно, что она будут с ними со всеми спать! А такому прибору в глазах женщин можно противопоставить только что-то уж совершенно исключительное, например, миллион долларов, настоящее богатство. Точно также, говорят, возбуждает. У тебя, Серега, есть миллион долларов? Нет? А такие яйца перевесить может только миллион! Вообще-то считается, что для России достаточно и ста тысяч, но тут, я думаю, речь идет только о миллионе. Я вот самый обычный человек, но на комиссии в военкомате хирург, идиот, вдруг мне говорит, что у тебя, парень, мол, варикоцеле и одно яйцо практически не работает, и даже может не быть детей. Я до этого никак ничего не ощущал, пока не узнал, а сейчас вот думаю, что если бы у меня работали оба яйца, жизнь моя, может быть, сложилась бы совсем по-другому. Это наверняка женщинами как-то ощущается через флюиды, через какие-то невидимые волны…– Тут его понесло. Словесный понос. Было ощущение, что он засунул в душу Борискову корнцанг и там ковыряется.
