Старичок протянул ей тонкую стопку исписанных крупным, трудночитаемым почерком листов (всех врачей во всех мирах специально так писать учат, чтобы никто ничего понять не мог?).
– И что мне с этим делать?
Ответил Лоурес:
– Прочитать, по каждому случаю сводную ведомость заполнить и в папку с соответствующим делом вложить. Все случаи изнасилований рассматриваются иром особенно строго.
«Да, слышала и читала об этом и снова недоумеваю: как можно рьяно защищать жителей своей страны и при этом так равнодушно уничтожать людей другого мира! Впрочем, на Земле поступают так же, достаточно вспомнить фашистскую Германию и не только ее. Арийцы – вершина эволюции, а всех других – в лагеря, трудиться на благо элиты», – подумала Алеся.
Лоурес вручил ей пустую сводную ведомость. Алеся вчиталась в бумаги, выданные старичком, в графы ведомости... и ее затошнило от ужаса. Внутренние разрывы, кровотечения, переломы рук, чтобы сломить сопротивление жертвы...
Листы рассыпались по столу, Алеся метнулась к окну, распахнула его и склонилась, тяжело дыша. Ее обхватили за плечи руки Лоуреса.
– Тише, тише, успокойся, – заговорил мужчина, осторожно оттаскивая ее от окна и усаживая в кресло, – воды попей. Не сообразил, что ты первый день в нашей трясине, не привыкла еще.
– А к такому не привыкнешь, – сказал старичок, – мне сколько лет не привыкнуть, всегда вскипает желание самолично повесить негодяев. Надо напоминать себе, что твоя работа в том и состоит, чтобы спасти несчастных и сделать всё, чтобы впредь не допустить подобного: если все твердо знают, что наказания не миновать и наказание будет очень суровым, то мало кто отважится на такое гнусное дело.
– Это верно, в последние года случаи насилий единичные, – подтвердил Лоурес. – Ты чего такая бледная? Не отошла еще?
– Дай-ка я помогу, – отодвинул его старичок. Его морщинистые руки окутались зеленовато-голубой магией, он по-доброму улыбнулся и проворковал с профессиональными умиротворяющими нотками в голосе: – Все хорошо, девонька, успокойся.
Целитель коснулся запястья Алеси, но вдруг вскрикнул и отдернул руку под треск магических разрядов, а Алеся ощутила жар на правом предплечье.
– Ой! Девушка, предупреждать надо, что в магическом браке состоите! Я ведь пытался вас успокоить, то есть воздействовать на чувства, а такое влияние считается потенциально опасным, – осуждающе воскликнул старичок.
Что?!!
– В каком браке? Не в браке я! – пискнула Алеся. Она окончательно перестала понимать, что происходит.
– Вы мне сказки не рассказывайте, я давно не мальчик, – покачал головой старичок. – Брачная татуировка на правом предплечье есть?
Татуировка на предплечье? Перед мысленным взором Алеси всплыло видение мощного бицепса Хальера, опоясанного затейливой разноцветной вязью. Отрывая пуговицы и забыв о смущении, она лихорадочно скинула камзол, дернула за ворот рубашки и уставилась на обнажившуюся до локтя руку.
Татуировка была.
– Давненько я не видел такой, – сказал старичок, – только сильный маг свой союз магией скрепляет, даже предположить не берусь, кто ваш муж, сильных магов в империи – раз-два и обчёлся, а их жены всем известны.
– У мужа с женой одинаковый рисунок должен быть? – хрипло спросила Алеся, уж больно схожи были символы на ее предплечье с теми, что она видела вчера на мужской руке. По поводу «кто муж» у нее зародились самые мрачные предположения, несмотря на сведения о какой-то там «невесте в восточных провинциях», которая, похоже, была мифическим персонажем и в реальности не существовала.
– Да, одинаковый. Не понимаю, вы что, в бессознательном состоянии согласие на брак давали? – хмыкнул старичок-целитель.
«В бессознательном... Без меня меня женили?! Тогда, той первой ночью в хижине?!» – разъярилась Алеся. Да кто ему право дал, спрашивается?
И что происходит, черт подери?!!
В коридоре раздался шум штормового ветра и грохот падения нескольких людей. Дверь в кабинет распахнулась, и в кабинет влетел глава тайной канцелярии.
– Почему сработало предупреждение?! – рыкнул Хальер, сам ухватил Алесю за руку и сам укрыл ее зеленовато-голубоватой магией, напоминая, что он маг-универсал. Сильнейший в империи.
Главный гад этой империи, поскольку его-то разрядом не ударило, а значит...!!!
– Муж-жжжж-женек прилетел? – зло прищурилась Алеся. – Гад! Кто позволил, я спрашиваю?! Я что – тварь бессловесная?!
Она ухватила металлический шар, который утром крутил Каллинг, и метнула его в ненавистное лицо. Хальер уклонился, но в него полетело пресс-папье, потом журнал регистрации обращений, потом...
Потом Алесю спеленали вихрем, закинули на плечо и понесли прочь из кабинета, прочь от обалдевших Лоуреса и старичка-целителя. Алеся брыкалась и кричала на все здание тайной канцелярии:
– Я требую аннуляции брака!!!
Рот ей заткнули магией, крепче прижали к широкому плечу. Высыпавшим в коридоры и холл сотрудникам глава тайной канцелярии невозмутимо говорил:
