То есть я его, как своего большого плюшевого мишку обняла, и он, похоже, не против.
Только расслабилась, сразу утащил.
Успел что-то сделать плохое?
Грудь его волосатая, прямо перед моими глазами поросль русая. Размеренное дыхание. Подбородок в щетине. Глаза большие закрыты…
Я усиленно прогоняла чувство защищённости и блаженства.
Это на море мне было хорошо, а не на Кипише.
Было бы глупо, неправильно и неприлично в конце концов вот так проснувшись, сказать себе, что мне нравится спать с ним в обнимку…
Он удобный. Ростом выдался, поэтому я в нём, как влитая. Сбоку присоседилась, словно для моей головы ямка под ключицей его плеча…
И пах он лесом, а не морем.
Нужно было просыпаться и валить от него пока не поздно.
Полутьма, хотя утро.
Окошки закрыты, свет попадал только в лобовое стекло. Я, приподняв голову, посмотрела в него. А машина стояла капотом в каких-то кустах, за кустами широкие стволы деревьев.
Он утащил меня в лес, как и полагалось волку. Судя по хиленьким деревцам, мы до сих пор в мире людей, а значит, у меня есть шанс на спасение.
Кипиш когда проснётся, будет делать со мной, всё что ему захочется. Ведь он специально ко мне лёг, чтобы самое вкусное на утро оставить.
Только я об этом подумала, как Кипиш во сне пошевелил рукой, на которой я спала, и зажал мою ягодицу.
Как током дёрнуло!
Ну, уж нет! Я живой не отдамся гаду такому!
Ладонями откинула от себя его лицо. Волк, естественно, проснувшись от такого, напугал меня своими светящимися глазами. Во рту клыки.
Я заверещала от страха, быстро откатилась от него и стала пинать ногами. Быстро-быстро будто хотела вмять его в дверцу машины. Кипиш пытался выловить мои ноги, за это я ещё сильнее заверещала. Поцарапала его. Ухватила маленькую походную подушку, избила ею Кипиша со всех сил.
Волк передумал меня обижать.
Голову понуро втянул в плечи, глаз один прищурил от резких ударов. Защищаясь от меня, руками подполз к дверце багажника. Открыл её.
Яркий солнечный свет залил весь салон автомобиля. Ворвался свежий воздух наполненный звуками человечков, и запахами их быта и еды.
Открылась взгляду большая поляна, на которой стояли машины, дома на колёсах и палатки.
Кемпинг в лесу у дороги.
Бегали детишки, на походных кухнях готовили кушать женщины.
Все уставились на меня. У нашей машины замерла худенькая девочка, её собачонка на поводке пряталась за хозяйку, с опаской рассматривая нас с Кипишем.
То есть волк меня не в лес утащил, а просто остановился, чтобы отдохнуть на специальной стоянке для путешественников…
Я – идиотка.
Мало того, что кричала, била несчастного Кипиша, ещё и залилась от позора краской, потому что люди внимательно смотрели что произошло.
Это же люди, они готовы мне помочь, если мужчина начнёт приставать. Но я одета, в толстовке. Да и несчастный Кипиш с царапиной на щеке от моих ногтей выглядел помятым, не выспавшимся и очень несчастным.
На нём только джинсы. Не глядя на присутствующих людей, он поплёлся от нашей машины в сторону, вздыхал. Ладонями лицо протирал.
Никто не заподозрил ничего криминального, поэтому вскоре и девочка с собачкой ушла, и женщины отвернулись.
Пришла в себя не сразу. Туфли нацепила и побежала за Кипишем.
Нужно было извиниться?
Не привыкла я извиняться.
Боженьки, но он такой… Побитый. Лохматенький.
Он шёл голыми ногами по траве, удаляясь от лагеря. Я на каблуках, а он выше ростом. Плечи разминал, тело крепкое, мышцы красиво играли на его сильных руках.
— Кипиш, прости, — нетвёрдо выдохнула я, оглядываясь.
Машину я не закрыла, но кругом люди, никто не полез копаться в нашем багажнике.
Там мой рюкзак и деньги… А тут волк, перед которым я испытывала глубокое чувство вины, поэтому ни на шаг от него не отставала.
Прошла за Кипишем в кусты, налетела на его спину, когда он резко остановился.
— Так и будешь за мной бежать? — хрипло спросил он.
— Конечно, нужно как-то решить вопрос. Ну, что я так тебя…
— Смешная.
Он повернулся и смотрел на меня своими холодными волчьими глазами, которые в свете солнца были небесно-голубыми.
Я ждала, что он мне всё сейчас скажет. Ну, чтобы я убиралась из его машины, что с такой попутчицей никуда нельзя ездить.
Что там ещё Ладка про меня говорила?
«Избалованная мелкая дрянь. Не характер, а проклятье. Папа не знал слово «презерватив».
Наверно, она права. Это она ладная, а со мной никому сладу нет. Даже волк-одиночка в кусты старался свалить от меня.
— То есть ты со мной? — его губы растянулись в кривой ухмылке.
— Прости, что я напала…
Он расстегнул ремень, пуговицу, ширинку.
Я резко отвернулась, вздрогнула от отвращения.
— Фу-у-у! — закричала я под журчание.
— Бежишь за мужиком в кусты, а потом фукаешь, — хохотнул Кипиш.
Я быстро выбралась из кустов и твёрдым шагом направилась к машине.
Какой же он мерзкий! Противный! Гадкий!
Не буду перед ним больше извиняться.
— Для людей есть туалеты! — возмущалась я, стараясь не оглядываться.
Просто знала, что он уже вылез из кустов и чапает за мной.
— Я не человек и там воняет.
— Конечно, это повод, чтобы кусты в округе метить!
Кипиш свернул в сторону, и я остановилась.
