Враг мой – муж мой (СИ) полностью

– Да? Здесь очень красиво, – заявила малышка. – И вы очень-очень красивая. Мне здесь нравится. А дома грустно. И я боюсь. Особенно по ночам.

Женщина не нашлась, что ответить. Сердце защемило грустью. Если бы не та встреча под косыми струями ливня, если бы не её глупое сердце, если бы, если бы… Маленькая Леолия удивительно походила не на собственную мать, а на саму Альциону. Вернее, на ту девушку, которой матушка когда-то была. И волосы того же оттенка. И такой же изгой в собственной семье.

Почаёвничав с пирогами, королевская чета благословилась у настоятельницы и отправилась восвояси. И, уже подсаживая девочку в карету, матушка внезапно вынула из складок объёмного облачения сиреневую плюшевую собачку. Забавную: одно ухо чёрное, другое – белое, глазки-пуговицы смотрят доверчиво. Альциона прежде никогда даже не думала расставаться с подарком матери – единственным, что осталось от той жизни.

– Возьми его с собой. Это – Эйтас. Он всегда будет охранять тебя от всякого зла.

Девочка ухватилась за игрушку, карие глаза засияли восторгом.

Альциона потом долго-долго смотрела как садится пыль на дороге. Вот и всё. Последняя ниточка, связывающая её с прошлым, порвана.

Глава 20. Моё

Эйдэрд вернулся в королевский дворец к послеобеденному времени.

С раннего утра он осматривал периметр магической защиты Шуга, заменяя износившиеся медвежьи камни новыми, затем перекусил в придорожном трактире. Том самом, где впервые увидел Леолию. Убедившись в целостности купола, не спеша направил Мишку на Запретный остров. Только тогда разрешил себе вспомнить о супруге.

Положим, с наказанием он переборщил. Но, во-первых, стоит ли кошке рубить хвост по частям? А во-вторых, Эйдэрд не привык менять своих решений без объективного изменения обстоятельств. Однажды обдуманное и решённое становилось незыблемым. Медведь высоко ценил собственное слово.

Бросив поводья Юдарду, спросил у подбежавшего командира дворцовой охраны отбыли ли прочие пять щитов, и, получив подтверждение, что отбыли все, кроме Серебряного и Морского, кивнул, пересёк сад и поднялся по Синей лестнице. Стража у Оранжевого кабинета почтительно расступилась перед ним, пропуская к королю без доклада.

Эстарм безэмоционально выслушал зятя. Король сидел за столом, ссутулившись, и вертел в руках женский браслет из жемчуга и шлифованных изумрудов. Эйдэрд не понял, услышал ли его монарх. Впрочем, наверное, это было нормальное состояние для отца, потерявшего единственного сына пару дней назад.

Эйдэрд покинул кабинет и, когда входил в отведённые ему покои, к нему от стены коридора метнулась миниатюрная фигурка.

– Ваша светлость, умоляю вас! – вскричала девушка, в которой он узнал дочь Серебряного щита. – Спасите её! Я с ума схожу от беспокойства!

– Я похож на спасателя барышень, собачек, или кого вы там просите меня спасать? – грубо ответил герцог.

Он придерживался правила, что человека надо сразу ставить на место, которое ты для него отвёл.

Ильсиния подняла на Эйдэрда лицо, залитое слезами. Красивое, белокожее лицо с розовыми полосками от слёз на щеках. Огромные синие глаза влажно сияли.

– Её высочество… Она пропала, – прошептала фрейлина, заламывая руки. – Я несколько раз стучала к ней, но полагала, что после вчерашнего она спит и…

– В смысле пропала? – резко перебил её герцог.

Чёрные брови сдвинулись, очерчивая вертикальную складку на лбу.

– Её нигде нет! – пискнула Ильсиния, белея в ужасе от ярости в его глазах. – Ни в комнате, ни в другом месте…

– Стража?

– Лия не выходила из комнаты. Из дверей… Но там… там…