Макс Звездный заиграл какую-то потрясающую мелодию, и зал взорвался новой волной визгов и аплодисментов. Я пыталась сосредоточиться на том, что происходило на сцене, но взгляд Удугова ворвался в мой мир, разрушив все очарование момента. Он следил за мной с грацией матерого хищника, готового сделать свой прыжок и присвоить добычу, и от этого по коже против воли летели колючие мурашки. Даже на расстоянии я чувствовала Удугова настолько сильно, что было трудно дышать. В какой-то момент мне показалось, что вокруг нет никого, кроме нас двоих. Только я и он. Какое странное ощущение… По телу прокатилась волна дрожи. Я вдруг поняла: сегодня он меня ни за что не отпустит. От этого осознания горло перехватил неясный инстинктивный страх.
Грохот снаружи ворвался в клуб тревожной волной.
Входные двери с треском распахнулись, и помещение заполнили солдаты в касках и бронежилетах. Впереди мелькнул глава городской полиции Роман Мардоре – тот самый статный мужчина с холодным взглядом серых глаз, который посетил мероприятие отца. Я испуганно вжалась в кресло - о жестокости и непреклонности Мардоре ходили легенды. В округе не было человека страшнее, чем он.
— Всем оставаться на своих местах! Не двигаться! Это полиция! — обрывая чарующую музыку Макса, раздался его властный голос.
Приказ «Не двигаться» вызвал шквал сопротивления. Люди начали вскакивать со своих мест, пытаясь пробраться к выходу.
В центр зала полетели дымовые шашки.
«Боже, это же люди отца!» — запаниковала я. — «Если меня обнаружат здесь, мне конец!»
Дикий Берег славился не только прекрасными видами! Здесь сконцентрировалась весьма неоднозначная публика. Сосредоточие власти и огромных денег в руках у прожженных бандитов открывало им безграничные возможности.
Эдуард Якоби был одним из них. Он прикармливал местную полицию, и они всегда выполняли его заказы. С некоторых пор Роман Мардоре стал его лучшим другом. Сегодняшняя облава ничем не отличалась от остальных – просто выборы были слишком близко, и мой отец жаждал поскорее прижать к стене неугодных. Удуговы стали неугодны на побережье.
Последнее, что я запомнила, это изумленное лицо Макса Звездного и хмурого Амира Удугова, что-то приказывающего своим людям.
— Бежим, Валери! — Марта дернула меня за руку, и нас поглотил хаос.
— Сюда! — окликнула нас вынырнувшая из толпы официантка. — Живо, идите за мной!
Мы с Мартой растерянно переглянулись. Но раздумывать было некогда - от дымовой завесы стало трудно дышать. Мы побежали за ней следом.
Она вывела нас на улицу через потайной ход.
— Уходите, и поскорее! Хозяева заведения приказали передать вам, чтобы вы никогда не возвращались! В следующий раз они не будут так снисходительны к своим врагам.
Я растерянно взглянула на официантку.
— Стоять! — раздался грозный мужской голос совсем рядом. — Еще шаг, и я буду стрелять на поражение!
В следующий миг от громких выстрелов заложило уши. Официантка неестественно вздрогнула и начала оседать на землю. По ее груди расплывалось большое красное пятно.
— Не останавливайся, Валери! — сбивчиво зашептала подруга.
Не помня себя от страха, я бросилась за ней. Одна из пуль попала в дверцу автомобиля в считанных сантиметров от моей руки.
У стоянки два автобуса с вооруженными полицейскими перекрыли дорогу, чтобы никто не смог уйти.
— Не получится, давай пешком!
Новый шквал выстрелов раздался совсем рядом, заставив вздрогнуть всем телом.
Еще никогда я не была так близко к смерти, как в те мгновения. Но Марта, пригнувшись, упорно тянула меня за собой сквозь заросли самшита в небольшой скверик рядом с клубом.
Задыхаясь, мы с подругой кинулись через пустующий сквер в сторону центральных улиц.
К ночи температура понизилась. С моря подул ледяной ветер. Он пробирался под одежду, заставляя стучать зубами. Даже быстрое передвижение никак не спасало от холода.
Свернув в первую попавшуюся улочку, мы наткнулись на кофейню.
Марта, не раздумывая, толкнула стеклянную дверь плечом, и мы в одно мгновение оказались в тепле.
Здесь ничто не напоминало облаву в ночном клубе. Из невидимых колонок лилась приятная музыка лаундж, а ароматы карамели и терпкого кофе навевали уют.
Мы устроились за высоким деревянным столиком и заказали по чашке тыквенного рафа.
Пока готовились напитки, я решилась расстегнуть верхние пуговицы пальто.
— Кажется, оторвались, хоть и без машины, — склонившись ко мне, шепнула подруга. В ее глазах отражался коктейль из безумных эмоций. — Интересно, отчего так взбеленился Мардоре?
Я поправила дрожащими руками шарфик, а потом придвинула к себе высокую стеклянную чашку с горячим рафом. Перед глазами стояло кровавое пятно на груди официантки, которая по приказу Удуговых вывела нас на улицу через потайной ход. Я вдруг поняла, что Марта не видела, что произошло. Именно это нас и спасло – подруга не успела оцепенеть от ужаса и увела меня за собой. Но погибла ни в чем не повинная девушка! А виной всему была жажда власти моего отца.
