Высказавшись, Алексей взобрался на пулеметную башню и, встав во весь рост, всмотрелся в бинокль, а спустя пару минут спустился на землю и, взглянув на капитана, негромко заговорил:
– Не знаю, ничего не видно, разве что в районе виднеющихся холмов еле заметны то ли какие-то строения, то ли небольшие лесные участки, но в любом случае надо поехать туда и проверить, часа через два с половиной будем на месте, там осмотримся и заночуем.
– Давайте вы за руль, что-то я устал, руки трясутся.
– Не вопрос, забирайся на место башенного стрелка, – распорядился Алексей, еще раз оглядевшись по сторонам и сев за руль, повел бронеавтомобиль дальше.
Подъехали они к месту, когда уже наступала ночь. Остановив машину, Алексей осмотрелся, видно было уже плохо, но все же еще можно было что-то увидеть. Место, куда они прибыли, было довольно густым лесным насаждением, куда и вела скрывающаяся в невысокой траве грунтовая дорога. Подумав какое-то время, Алексей принял решение сходить и посмотреть, пока совсем не стемнело. Отдав команду капитану отогнать бронеавтомобиль в ближайшую рощицу и замаскировать его, он, прикрутив к штуцеру оптический прицел и взяв флягу с водой, направился в лес, занимающий площадь в несколько гектаров. Прямо идти по дороге Алексей не решился, предпочтя идти параллельно ей, хотя это оказалось не так-то и просто, вдоль дороги рос густой и колючий кустарник, из-за чего пришлось углубиться дальше в лес.
С немалым трудом пройдя около трехсот метров, Алексей неожиданно вышел на край довольно большой поляны, в центре которой находился двухэтажный сруб, обнесенный со всех сторон высоким частоколом. Помимо большого дома, из-за забора виднелись еще крыши трех одноэтажных домов или хозяйственных построек, откуда время от времени доносились собачий лай и куриное кудахтанье. Внимательно рассмотрев в оптический прицел все постройки, он медленно двинулся вперед, обходя по кругу подворье. Обойдя его, он увидел распахнутые массивные ворота и, присев, стал изучать внутреннее пространство подворья.
Во дворе находилось три больших грузовика, один средних размеров фургон и легковой автомобиль, а в самом дворе расхаживало с оружием в руках несколько человек, с виду обычные сельские обыватели, занятые в сельском хозяйстве, но с замашками дерзких разбойников, промышлявших на дорогах. Чуть сместившись в сторону, Алексей увидел самый дальний конец подворья и то, как штаб-майор и лейтенант с деревянными колодками на ногах колют поленья, и чертыхнулся, чего-то подобного он и опасался. Как раз в такие неспокойные времена всякая шушера, до этого сидевшая ниже травы и тише воды, на свет и вылезает, побуждаемая своими темными инстинктами обогащения.
В одиночку соваться в это подворье было чистым безумием, но так как и уйти не солоно хлебавши Алексей не мог, продолжил внимательно изучать внутреннее устройство этого хозяйства, но больше всего его интересовало, где содержатся пленники. Когда уже совсем стемнело, двое мордоворотов с видавшими виды карабинами загнали майора Берга и лейтенанта в сарай и закрыли ворота на большой амбарный замок, после чего закрыли общие ворота, и один из них взобрался на сторожевую вышку. Посидев еще какое-то время, Алексей, стараясь не шуметь, вернулся к бронеавтомобилю и устало прилег на подготовленный капитаном лежак.
– Есть там что интересное?
– В этом лесу есть поляна, а на поляне той усадьба деревенская. Они там, по крайней мере, я собственными глазами видел майора Берга и лейтенанта, они в арестантских колодках на ногах кололи дрова, а во дворе бродили несколько вооруженных мордоворотов. В общем-то, в этой усадьбе или скорее деревенском подворье может быть до двадцати человек, что для нас двоих при любом раскладе слишком много. Вот так взяться и завалиться на бронеавтомобиле – не вариант, а вдруг у них гранаты есть, обойдут через лес и ими нас и спалят, и деваться нам там будет некуда. Нужно придумать что-то этакое и поскорее, не нравится мне эта публика деревенская, если они, конечно, таковые и есть, могут же быть и не ими, хотя хрен редьки не слаще, – выговорился Алексей и, поднявшись с импровизированного лежака, на какое-то время замер, задумавшись, прикидывая в уме варианты своих дальнейших действий.
