В глубокой задумчивости аристократ прошелся по кабинету и, остановившись возле книжного стеллажа, вдумчиво оглядел корешки дорогих коллекционных книг, после чего, медленно развернувшись, подошел к огромному письменному столу. Присев в свое рабочее кресло, он помолчал какое-то время и, пристально взглянув в глаза вассала, тихим голосом заговорил:
– Пожалуй, я смогу указать, где была допущена ошибка. Надо было в то самое время, когда планировалась операция дезинформации касательно пропавшего пилота с перехваченным донесением, подумать о его вдове. Необходимо было после официального признания штаб-капитана Фихтеля перебежчиком заняться его вдовой, устроить, к примеру, несчастный случай или акт суицида. В общем, не мне вас учить, как дела подобного рода проворачиваются. На криминальную полицию рассчитывать не приходится, мы ведь сами постарались, чтобы ее эффективность по возможности снизить, а посему снимайте баронессу с общеимперского розыска с формулировкой допущенной ошибки и официальными извинениями, разумеется. Одновременно с этим пошлите сразу несколько опытных групп охотников за головами, обозначив перед ними цель, за которую некто готов выложить серьезные деньги, например, так тысяч тридцать за голову или даже больше. Сумму определите сами, все исключительно на ваше усмотрение, мелочиться тут совершенно неуместно. Да, и вот еще что… С каждой группой пошлите доверенного человека, который будет контролировать розыски баронессы, в их задачу будет входить поиск того самого злосчастного донесения, которое должен был доставить в столицу штаб-капитан. Не хватало еще, чтобы оно попало в руки охотников, и они поймут, что им попало в руки, тогда у нас возникнут очень серьезные проблемы…
– Ничего не скажешь, в таких делах гуманизм – вещь крайне опасная и, как правило, обходящаяся очень дорогой ценой, – согласился полковник и, в задумчивости помолчав несколько мгновений, заговорил вновь: – Мне потребуются примерно сутки, чтобы все это организовать. Если группы охотников за головами пустить на охоту – дело быстрое, то вот с бюрократией криминальной полиции дело обстоит в точности наоборот, но у меня есть свои личные способы, как этот процесс ускорить, как раз в сутки и уложатся.
– Что ж, полковник, не будем откладывать дело в долгий ящик, приступайте немедленно, – распорядился аристократ, давая понять, что визит окончен и полковнику после получения задания следует покинуть кабинет.
– Да благословит вас небо, мессир! – воскликнул полковник и, сделав глубокий поклон, покинул кабинет своего сюзерена.
Посидев какое-то время в задумчивости, аристократ, взглянув на кнопку вызова и нажав ее, стал ждать появления своего личного секретаря.
Появился он спустя пару минут, войдя в рабочий кабинет без стука. Плавно, кошачьей походкой, подошел к письменному столу и хотел было что-то сказать, но аристократ повелительным жестом остановил его и велел присесть в кресло напротив. Какое-то время выждав, аристократ, глубоко вздохнув, внимательно посмотрел в глаза своего секретаря и заговорил:
– Валентин, организуй срочную встречу с членами Малого клуба, необходима сверка позиций всех участвующих в деле представителей старой родовитой аристократии и финансово-промышленных кругов, а также некоторых наиболее значимых представителей имперского истеблишмента, крайний срок – неделя. Понимаю, дело непростое собрать в одном месте таких занятых людей, ведь мероприятия подобного уровня согласуются долгими месяцами, но мы не в том положении, когда все должны следовать устаревшим правилам. Согласуй со всеми место и время предстоящей встречи, а также задумайся о мероприятиях, направленных на ее безопасность, да и с нашими агентами поработай, вдруг кто вздумал соскочить или перейти на другую сторону.
– Сделаю все возможное и невозможное, мессир, – ответил секретарь, уловив, что ему дозволено вставить свое слово.
– Действуй, Валентин. Жду первые результаты завтра ближе к вечеру.
– Я вас понял, мессир.
Одобрительно кивнув, аристократ небрежным жестом дал понять, что аудиенция окончена, и, когда секретарь уже прикрывал за собой дверь, распорядился его сегодня не беспокоить. Понимающе кивнув, секретарь, нисколько не удивившись полученным указаниям, плотно закрыл за собой дверь. Оставшись в полном одиночестве, аристократ в глубокой задумчивости посидел какое-то время, после чего поднялся и, пройдя в соседнее помещение, подошел к шкафу, открыв дверцы, прошел в тайную комнату. Переодевшись в обычный и ничем не примечательный костюм рядового обывателя, аристократ сноровисто до неузнаваемости изменил свою внешность.
