Жестом остановив капитана, сделавшего шаг вперед, Алексей, придерживая револьвер, прошел к двери и, выглянув из-за нее, осмотрелся – они находились в каком-то подвале, где тускло горели несколько светильников, в подвале не было ничего, кроме стеллажа, на котором стояли какие-то деревянные ящики, укрытые брезентом, на котором был толстый слой пыли. Войдя в подвал, он осмотрелся, и пройдя дальше, увидел еще одну дверь и, открыв ее, обнаружил там навесной гараж, где стоял довольно вместительный фургон с рекламой столичной службы доставки.
Ощутив за своей спиной чье-то дыхание, Алексей медленно развернулся и увидел стоявшего в метре от него кронпринца Михаила, задумчиво смотрящего ему в затылок. Увидев устремленный на себя острый взгляд неизвестного ему человека, он взгляд в сторону не отвел и, выдержав несколько мгновений, задал Алексею вопрос:
– Как вас зовут, офицер?
– Лейтенант Лексий Тутовин, Управление контрразведывательных операций, – представился он, ожидая услышать целый ряд вопросов, на которые ему отвечать не хотелось.
– Скажите честно, лейтенант, мой отец погиб или в самое ближайшее время погибнет от рук заговорщиков, так?
– Ваша светлость, вы несете ответственность за империю, вы наследник, вы будущее империи, а ваш отец… Да, он погиб уже или погибнет в самое ближайшее время, такова его судьба, но ведь главной целью наглого нападения на императорский дворец были вы, ваша светлость. Да, они пришли за вашей жизнью, а не за жизнью вашего отца, он и так был смертельно болен и должен был уйти в мир иной по естественной причине. Если бы не случай, то они цели своей добились бы во дворце, хотя конечно, еще ничего не закончилось, нам надо вырваться из столицы, и как можно скорее. Повторюсь еще раз, главной целью заговорщиков является ваша жизнь, – проговорил Алексей и хотел было развернуться и направиться к фургону, но кронпринц вновь задал ему вопрос:
– Скажите, какое отношение ко всему этому имеет герцог Карнье?
– Ваша светлость, это долгий разговор, который лучше отложить, но если вкратце, то я с прапорщиком Вином Дулиттлом проводили на протяжении нескольких месяцев расследование, после того как в Заповедном лесу был найден самолет с курьером, пропавшим более четырех лет назад, которого официально признали перебежчиком, но его честное имя оклеветали. Штаб-капитан барон Амадей Фихтель был честным офицером, до конца выполнившим свой долг, он должен был доставить перехваченный секретный пакет у гальзианского курьера, который он должен был доставить в Генеральный штаб. Только по пути он был окружен высотными истребителями-перехватчиками и смертельно ранен, но все равно оторвался от преследователей, благодаря чему мы и смогли выйти на резидента гальзианской политической разведки, которым оказался герцог Антон Карнье. Мы и пришли во дворец по его душу и даже задержали вместе с его личным секретарем, но по какому-то безумному стечению обстоятельств он смог вырваться, чему вы были свидетелем. Утверждать однозначно не берусь, но скорей всего, за нападением на дворец стоит герцог и, видимо, сегодня он пришел за вашей жизнью, а само нападение было лишь операцией отвлечения. Промедли мы хотя бы на пару часов, и за вашу жизнь я бы не дал даже ломаного гроша. То, что мы оказались в это самое время во дворце, можно смело считать самым настоящим чудом, – откровенно ответил на поставленный вопрос Алексей и, глубоко вздохнув, произнес: – Мы еще проведем самое тщательное расследование того, как вообще сегодняшние события стали возможны, но это будет потом, а сейчас я требую, чтобы все как можно скорее погрузились в фургон, мы немедленно отсюда уезжаем, оставаться тут совсем небезопасно. Да и вообще, оставаться в столице никак нельзя, ведь несколько дней назад столичный гарнизон, а также военная жандармерия с подразделениями полиции были выведены из города и направлены на большие маневры. Так что рассчитывать нам всем придется исключительно на собственные силы, помощи ждать не от кого, прошу всех это накрепко усвоить.
Не дожидаясь, когда все разместятся в фургоне, Алексей взобрался по пожарной лестнице на крышу трехэтажного здания и вгляделся вдаль, в пяти километрах пылал императорский дворец, зарево огня своим масштабом внушало страх. Языки пламени взметались в небо более чем на пятьдесят метров, но несмотря на весь этот ужас, отчетливо слышалась артиллерийская канонада, гвардейцы, судя по всему, продолжали отчаянно сопротивляться, и это давало беглецам неплохой шанс покинуть столицу, погрузившуюся в состояние хаоса…
– Что думаешь, Лексий? – негромко поинтересовался штаб-майор у взобравшегося на смотровую площадку Алексея, находясь на которой, он и увидел пылающий дворец.
