Устало встаю и добредаю до сидушки у консоли. Опять ловлю себя на мысли о том, что гуманоидное тело мне не нравится, оно слишком подвержено физической усталости. Конечно, это не в гамачке сидеть, пока внешняя оболочка всё что хочешь за тебя сделает, это самой везде бегать и прыгать, но всё-таки, должен же быть какой-то предел у несовершенства! И психологическая нагрузка слишком большая. Хоть мне частично и заблокировали ненужные инстинкты по окончании эксперимента с прототипами, но мозги всё равно устают от нехватки машинного контроля. Ну ничего. Закончим с неизвестным противником, и я наконец вернусь в свою родную форму. Слава передовой науке Скаро!
Наука…
Варги-палки.
Нет, дорогая девушка, это всё-таки не Император тебя создал, и калейдоскопный шифр памяти тому доказательство. Да, он запросто мог бы перепахать твои мозги, ему бы это ничего не стоило — но если технологически Новая Парадигма пока не способна передавать шифр при психографической трансляции, то и ему это не под силу. Будь бы ты не в боевом угаре, сообразила бы сразу.
В общем, отмести ошибочную гипотезу. Ронкс не соврал. Жаль, что уже убит — иначе бы при встрече по разные стороны баррикад я б ему подарила быструю и максимально безболезненную смерть за искренность.
Сигнал. Корабль достиг обозначенных координат и запрашивает подтверждение на материализацию. Любопытно, куда конкретно нас вынесет? И схож ли мой интерес с тем, что ощущает Доктор, оказавшийся в новом, неизведанном месте?
«Обращение к системе. Материализацию подтверждаю».
— Мы прибыли. Идём, Романа.
— Без нас?! — несётся от входа в консольную. Надо же, там не только Таша, но и Вастра пришла.
Ну куда уж без вас. От вас, даже если захочешь, не избавишься.
— Идёмте.
Проходим через ангар к выходу. Шагаем наружу.
Кабинет, в котором мы оказываемся, освещён полднем столь ярко, что я невольно прищуриваюсь и защищаю зрение рукой. Очки, где-то в кармане были очки…
— Позвольте вас уведомить, — доносится до моего слуха очень вежливый и очень негромкий женский голос с какими-то странными нотками в произношении, — вы находитесь в зоне действия автоматической системы охраны, которая сработает на ваше дальнейшее передвижение. А теперь — добрый день. Чем обязана столь внезапным визитом без предупреждения?
— Всем стоять и не двигаться, мы под прицелом, — перевожу как можно оперативнее. Скорее бы зрение притерпелось, а то как получила по палочкам и колбочкам, так в глазах расплывчатые пятна и плавают. Ладно, ещё рэл, и адаптируюсь. — Прошу прощения за вторжение,.. мэм. Компьютер нашей машины времени вычислил, что в этих координатах пространства и времени есть врач, знающий Доктора и способный вылечить нашего раненого члена экипажа.
Стратегически вернее проявить вежливость. Систему охраны я здесь, скорее всего, могу взломать и отключить, да и корабль нас прикрывает силовым полем. Но зачем, как говорится, лезть в миску с ложноножками, если можно воздействовать мягче?
— Какого доктора? — спрашивает незнакомка. Глаза, защищённые очками, уже притерпелись достаточно, чтобы разглядеть нечто, сидящее за большим письменным столом, но подробности по-прежнему ускользают. Ясно только, что голова у хозяйки кабинета просто огромная.
— Ой, мамочки, — вдруг выдыхает Таша Лем почти беззвучно, — это что за дикий продукт генной инженерии?
Спасибо, что они друг друга не понимают. Зрение уже почти притерпелось. Это не голова, это головной убор. А под ним…
— Доктор один на всю вселенную, — отвечаю. — Его или знают, или не знают.
Мама-радиация. Кошка. Это же кошка! Банальная земная felis domestica, только гипертрофированная и на задних лапах! И в странной тёмной одежде с гигантским белоснежным головным убором. Что-то зудит на задворках памяти, поэтому я лихорадочно прогоняю поиск по базам… Ясно. Здешняя мода основана на одеяниях католических монахинь. Ну или эта кошка просто фанатка неудобных тряпок.
— Как ваше имя? — осведомляется этот, как выразилась папесса, продукт генной инженерии. Наверное, не слишком молодой — в шерсти седина, и усы тоже белые, хотя масть у животного от природы была скорее песочно-рыжая с едва заметным крапом.
— Венди Дарлинг, капитан корабля. А это — мой экипаж. Романа, инженер-механик. Вастра, штурман. Таша, канонир, — ну а как их ещё представлять? По полным именам и званиям? Тогда и самой придётся представляться, а мне не хочется, даром что тут о далеках не помнят. — С кем имею честь говорить?
— Хейм, метресса ордена Сестёр Изобилия и министр здравоохранения Новой Земли. Кто у вас ранен?
— Специалист по защите, ледяной воин. Раздробление обеих голеней бетонной балкой.
— Ледяной воин? — спрашивает она с интонацией «это что за чудо-юдо».
— С Марса.
— Боже, — она всплёскивает бархатистыми руками-лапами, в которых наверняка запрятаны выдвижные когти. — Они же вымерли два миллиарда лет назад!..
Приехали. Вот прямо отсюда — и нафиг. Романа не стоила того, чтобы таскать ей воду с лимоном. А мохнатая тварь, как нарочно, вдруг именно на неё и поворачивается. Даже ноздрями шевелит, словно принюхивается.
