Нельзя было сказать, что он хочет что-то конкретное. В целом у него не было желания вообще куда-либо идти. Так как единственное, что она читала в нем – это желание остаться дома, в тишине, и подбирать на гитаре мелодии, на которые могли бы лечь стихи Евгена. Возможно под…
– А вам апельсиновый фреш и картошку фри и сливочно-чесночный соус.
– Звучит интересно, – ответил Денис слегка дрогнувшим от вероятного удивления голосом и внимательно посмотрел на девушку в одежде с логотипом кафе – кусочек пепперони и большими буквами СРДП, окружающими пиццу.
– Может что-нибудь еще?
Саша вносила последние записи в блокнот, поэтому не видела, с каким вниманием ее осматривал Денис, а его девушка в свою очередь не спускала с парня глаз.
– Нет, – открыл он было рот, чтобы ответить.
Но его перебили.
– Погоди, то есть ты реально считаешь, что, подсунув нам какую-то дрянь непонятного качества, получишь наш почет и уважение, приправленные щедрыми чаевыми за якобы отличное обслуживание, и рассчитываешь, что мы поведемся на такой явный подлиз?
– Ну вы можете сделать другой заказ, – ответила Саша, собираясь вычеркнуть молочные коктейли.
– Нет-нет, так не пойдет! С чего ты, – при этих словах девушка Дениса тыкнула в нее указательным пальцем с длинным нагеленным когтем и скривила губы в презрительной усмешке, явно желая добавить "мымра", – взяла, что мы вообще прикоснемся к этому пойлу?
– Я не настаиваю. Давайте выберем другое. Вам нужна здесь помощь? – ответила Саша, хотя с уверенностью могла сказать, что коктейли, очень сладкие и холодные, полные углеводов и сахарозы – именно то, о чем девушки мечтали сейчас.
Александра не могла сказать, когда у нее появился этот дар, но по реакции родителей она точно знала, что может до самых детальных мелочей предугадывать, чего именно, в какой пропорции и состоянии хочет человек.
– Но ты уже открыла рот, повлияв таким образом на наши дальнейшие решения! И вообще, с чего ты взяла, что мы хотим именно этого? Посмотри на нас, разве мы похожи на тех, кто употребляет подобные сахарные бомбы?
Но ведь именно такого вам хочется сейчас. Вы же лучшие подружки. А значит и период у вас синхронизировался. А что нужно девушкам во время месячных? Правильно. Чего-то сладкого! Простите, парни, но вам вряд ли сегодня что-то перепадет. Впрочем, как и ей. Ведь они еще и халявки хотят. А значит останется она как минимум без чаевых. Будет удачей, если их заказ не запишут на счет Саши.
– Давайте так – вы попробуете те коктейли, что я вам предложила. Если не понравятся, то это будет за счет заведения.
Она редко так делала, только либо самым вредным посетителям, либо тем, у кого просто было плохое настроение, поэтому они старались испортить его окружающим. Но после пари, а особенно, когда они получали действительно то, за чем пришли, не просто уходили довольными, но оставляли ей неплохой процент на чай.
Они сделали вид, что призадумались, хотя сразу же после заветных слов "за счет заведения" Саша почувствовала дикую волну удовлетворения, накатывающую на нее, что намеревалась потопить. Лишь спустя некоторое время, якобы нехотя и морщась, они согласились.
– Хорошо, тащи свои коктейли. Но! У нас уговор – если принесешь дерьмо, которое мы не сможем пить, то платить ничего не будем!
И девушка, сидевшая напротив Дениса, победно махнула уложенной блондинистой гривой и торжествующе улыбнулась.
– Да, как и договорились, – сказала Саша, – если больше заказов не будет, то я оставлю вам одно меню, и в течение нескольких минут принесу напитки. Приятного вечера!
И Саша отправилась на кухню отдавать заказ. Она всегда четко описывала, сколько и в каких пропорциях необходимо использовать ингредиентов при готовке, передавая им полноценный рецепт. Первое время это настолько бесило шеф-повара, что даже пожаловался директору, а однажды так и вовсе захотел уволиться. Но после того, как поток клиентов увеличился, и чаще комплименты за прекрасное блюдо он все же получал из числа тех, которых обслуживала Саша, со временем ему пришлось смириться с этим и готовить конкретно по рецепту, соблюдая все указания вплоть до грамма. При этом основные ингредиенты не менялись, а ее заметки больше относились к количеству соли и специй, иногда прожарки мяса, реже – наполнения соусов. Ему всегда казалось, что она пишет от балды, ведь конкретной системы в этих записях он не смог усмотреть. Но клиенты уходили довольными, претензий к его работе не было, и в итоге он настолько сжился с таким порядком, что с другими официантками ему становилось непросто.
