И это как раз один из тех, у кого имеются две ипостаси.
Ну, если не принимать во внимание первого говорившего.
Но этого ото всех остальных отличает и еще одно.
Как бы удивительно это не звучало, но этот оборотень наполовину карлонг. Вот почему я не заметил его сразу.
И это не две ипостаси, как я решил первоначально, это две основные формы существования и одна боевая ипостась, доставшаяся ему, от оборотня, а вот вторым его воплощением как раз и было преобразование в истинную форму карлонгов.
И заметил я это только сейчас, при, более плотном и доскональном анализе его метрической матрицы.
Ведь лишь в этот момент нейросеть смогла обнаружить это и вычислить. Такого, как этот оборотень, я никогда не встречал. И именно это необычное существо сейчас с ненавистью и злобой смотрит на меня.
Так, почему-то во мне рождается ощущение и уверенность того, что это ненависть не ко мне лично, а именно к эльфам, за которого меня и принял этот парень.
«Понятно», — подумал я.
Хотя, вообще-то я именно так сразу и подумал, еще в тот момент, когда услышал его речь.
Да и не чувствовал я в нем врага, что еще больше убедило меня в правильности моих выводов.
Этот парень, хоть и является карлонгом, но он не карлонг, как бы парадоксально это не звучало.
Но все же следует кое что выяснить. Слишком все тут необычно.
А потому разворачиваюсь в сторону первого, заговорившего со мной.
— Ваш родственник? — киваю в сторону этого молодого оборотня, совершенно игнорируя его присутствие.
— Да — спокойно отвечает мне, как я понимаю, глава этих оборотней, — мой внук.
— Хм, вот даже как, — и я задумчиво осматриваю всех находящихся поблизости оборотней.
Но нет, как я и предполагал, ни одного карлонга среди них я не вижу.
— И кто его родители? — посмотрел я, на как я понимаю, или старейшину этой общины, или их патриарха.
Мой вопрос смутил даже злобно глядящего на меня полукровку.
— А тебе-то что эльф? — буркнул он.
— Хочу понять, — глядя прямо ему в глаза, ответил я, — умрешь ты сейчас или я позволю тебе жить.
Вот теперь насторожились и все остальные.
Вижу, что они стали готовиться перекинуться в свою вторую ипостась.
— Вы помните, что с вами может произойти, если эту поляну накрыть кое-каким. магическим полем? — посмотрел я в глаза местному главе, — мы понимаем друг друга?
— Да, — угрюмо кивнул головой тот мне в ответ, — так что ты хочешь?
— Разобраться в том, кого я увидел, — и я кивнул в направлении столь странного полукровки.
А потом немного помолчав, уточнил.
— Одна из его ипостасей напоминает огромного крылатого демона с собачьей мордой.
Не было тут понятия летучих мышей, так что пришлось придумывать что-то из того, что я смогу им описать.
— Да, — медленно кивнул глава этого табора оборотней, — и об этой второй его ипостаси не знает никто, — негромко добавил он, — слишком неуправляем он становиться, переходя в нее.
Хм. Все-таки кровь карлонгов дает о себе знать, что и не удивительно.
— Так кто его родители? — переспросил я.
— Моя дочь, — понимая, что все это я пытаюсь выяснить не просто так, также негромко сказал оборотень, настороженно глядя на меня, — вон она, — и он кивнул в сторону одной из девушек, — И ее мужа, но он погиб уже очень давно.
— Значит, это все-таки его отец, — посмотрел я на парня, — он его знал?
И я кивнул в сторону уже совершенно ничего не понимающего оборотня.
— Нет, — теперь ответила мне уже женщина, — Гирсу не было и трех недель, когда под обвалом в горах погиб его отец.
— Это точно, вы видели его тело? — это был важный вопрос.
— Нет, — отрицательно и даже уже как-то спокойно помотал годовой старейшина, — но я сам был в тот день вместе с ним. И я могу тебе поклясться, что под тем обвалом точно бы никто не смог выжить, даже мы. Я хмыкнул.
— Он, это не вы, поверьте. Но тут вы правы, если там не смогли бы выжить вы, то и он бы не смог.
После чего уже направился напрямую к парню.
Значит он не был знаком со своим отцом и тот наверняка не мог поведать тому, кто он есть на самом деле. Да и свои знания он ему явно не смог передать, коль этот оборотень в ипостаси карлонга совершенно неуправляем.
А значит для этого парня не все потеряно.
Хоть от того и тянуло злобой и какой-то непонятной неудовлетворенностью и ненавистью, и небольшим привкусом страха, но тем не менее он совершенно спокойно отреагировал на мое приближение.
Это что-то новенькое.
Раньше я не мог так четко различать эмоции и состояние людей.
Да не то что не мог, я их и контролировал-то только через метрическую матрицу или ментальное поле, а тут будто это все разлито вокруг меня и я просто ощущаю его состояние и эмоции.
Но ладно.
Главное я знал. Кем бы ни был этот парень, но карлонгом он так и не стёл. Слишком много в нем лишних эмоций, которых не должно было быть в самих этих метаморфах.
В тех только ненависть и жажда наживы.
К тому же в остальном карлонги были намного более бесчувственны и равнодушны ко всем остальным.
Они готовы были прикрывать только себя.
