Внезапно поток полностью прервался. Это вторым своим кулаком Арес, ударил сверху вниз по руке Хаска, словно отсекая её от основного тела. По сознанию Тсора прокатилась волна боли. Подобное отсечение, пусть и не могло убить духа, но из-за резкого обрыва потока собственной энергии, приносило ему много боли и заметно ослабляло.
Атака, наконец-то, прекратилась, и Истлан, казалось бы, смог выдохнуть спокойно, прежде чем его противник опять перешёл в наступление.
Не только силы Отемпора подходили к концу, но и силы Тсора. Защита от мощных атак оппонента, выкручивания в воздухе на пределе возможностей. А также разделение своих сил, при необходимости визуального контроля противника, очень сильно измотали того. Он не знал, в каком состоянии его соперник, но прекрасно понимал, что долго так ему самому не продержаться.
Он вскочил с земли на одно колено и, высоко подняв правую руку, с силой ударил ей оземь. Направляя через неё свою силу в песок арены, он взметнув его в воздух. А следом за этим создав сильный поток ветра, подхвативший песок и закруживший его вокруг, создал своеобразную песчаную бурю. Такое комбинирование стихий тоже требовало много сил. У него бы не хватило создать ветер достаточной силы, чтобы закрутить песок так, чтобы он мог причинить вреда. Тем не менее, вся арена оказалась закрыта от взгляда зрителей стеной песчаной бури.
Истлан рефлекторно уплотнил воздух перед собой, защищая себя от вездесущих песчинок и приготовился рассеять бурю. У него было понимание, что силы его противника не бесконечны и эта буря, наверняка, прикрытие для чего-то опасного.
Арес, чувствуя уязвимость партнёра, и его защитное настроение, тоже больше перешёл в оборону, готовясь защитить своего шамана, и не зря. Хаск перешёл в нападение. Он ударил, целясь кулаком прямо в Истлана. Но его удар не достиг цели – кулак Ареса в воздухе ударил по его руке. Мгновенно отсекая тому часть руки и вызывая сильнейшую боль. Мысленно дух взревел от боли.
В это же время, Отемпор почувствовал, что Тсор перестал управлять бурей. Он сконцентрировал свою силу и мощным толчком воздуха сверху, прибил большую часть летающего в воздухе песка к поверхности. Оставив лишь небольшие завихрения. Он перевёл взгляд в ту сторону, где ещё недавно стоял Тсор – там никого не было. Его глаза метались по арене выискивая следы своего противника. А в это время к нему нёсся второй кулак духа Тсора.
Непривычно удлинившаяся рука духа, обогнула Ареса по дуге, и, не касаясь его, неслась в сторону Истлана. Его зрачки расширись от ужаса – он слишком сильно отвлёкся! Он начал пытаться возвести перед собой небольшой щит из воздуха. Совсем небольшой. Такой, который сможет только непосредственно прикрыть его тело. Если он потратит слишком много сил, у него не останется ничего, против Тсора, количество оставшихся сил которого он не знал.
Истлан понял, что совершил ошибку: он чувствовал себя слишком уверенно. Его превосходство в запасе сил, в уровне владением стихиями, и даже во взаимодействии с его духом. Оно позволяло ничего не отдавать духу сейчас, перенеся всю плату на потом, что было равносильно просто помощи духа без всяких затрат. Когда Тсор захотел поединок с духом, Истлан знал, что это была ошибка, чувствовал, что это только увеличило его шансы на победу. Подобное отношение разозлило его. Поэтому он не сдерживался. Поэтому бил во всю силу, он хотел победить своего противника не истощением, а настоящей раной. Кровью, которую прольёт он сам, а не выдавит из себя измученное тело оппонента.
Теперь же в него несся кулак духа, которому хватит удержать земляной поток на несколько секунд, чтобы защита сожрала большую часть оставшихся сил Истлана… А кулак духа — это не кинжал, от такого не уклонишься.
Когда уже гоблин был готов держать удар, неожиданно для него по руке духа Тсора, ударил кулаком его собственный дух. Отсекая тому вторую руку, что вызвало ещё большую вспышку боли и ярости у Хаска. Отсечённая часть руки продолжала лететь безжизненным комком песка мимо шамана. Этот удар был для Хаска последним.
Каждая потеря формы, каждая оторванная конечность требовали энергию на восстановление. Чем сильнее деформация, тем больше энергии. Арес лупил его нещадно, и Хаск потратил слишком много сил. Настолько, что теперь ещё долгое время не сможет восстановить полностью свою форму.
Истлан облегчённо выдохнул. Вдруг он начал замечать, что из остатка кулака духа – огромной кучи песка, летящей в воздухе, стала проступать фигура Тсора…
“Его дух держал в его собственном кулаке!” – словно вспышкой молнии озарило сознание гоблина. Это был крайней рискованный ход, дух легко мог раздавить шамана, даже сам не заметив этого. Или, если бы Истлан всё же блокировал удар, Тсора бы размазал по воздушному щиту его же собственный дух.
