Помнил я и то, как дрожали его руки, когда Тимс вёл «малыша» домой, улыбаясь сквозь слёзы и не переставая ворчать «о посланном ему наказании». Да что говорить, вся моя жизнь состояла из глупостей и ошибок, но в одном Терри был уверен ― на этом свете есть один человек, которому всегда можно довериться…
И этот человек сейчас стоял напротив меня, удерживая от падения… Хотя в дорогой, безукоризненно чистой одежде он и выглядел непривычно: его постоянно растрёпанные от вечной беготни за «бестолковым мальчишкой» волосы на этот раз были собраны в аккуратный хвост, как положено дворянину, а не сыну сельского старосты ― это был тот же Слуга, нет ― заменивший семью добрый, покладистый, любящий Тимс…
Разве мог я поверить, что он и есть тот самый
Тимс вдруг обнял меня, прижав к себе и целуя в лоб ― его губы были такими тёплыми, а в груди грохотало, сбиваясь с ритма, сумасшедшее сердце. Тихий голос, казалось, обжигал кожу, проникая в растерянный разум:
― Терри, Терри, малыш… Ну почему ты не слушался? Говорил же ― не связывайся с этим Лисом, он принесёт нам одни несчастья… Пойдём ― посидим, поговорим. Да что ты так шарахаешься? Это всего лишь кресло, чуть побольше того, что я своими руками сделал для твоего отца на его день рождения, помнишь?
Тимс почти силой усадил меня рядом с собой, продолжая что-то бормотать, но я, стряхнув слёзы с глаз, закрыл его рот ладонью:
― Ответь, Тимс, почему? Неужели папа и мама плохо с тобой обращались, или я был слишком непослушным…
Он осторожно перехватил руку, крепко сжав её в своей ладони, и, обернувшись в сторону пришедшего в себя Рюка, громко сказал:
― Эй, Лорд Тарн, приструни-ка эту псину, а то он прикончит себя раньше времени, ― и этот ледяной тон подействовал на меня отрезвляюще, окончательно приведя в чувство.
Я отстранился от него, заглянув в глаза, с ужасом ожидая снова увидеть в них демонический холод, но обнаружил там только грусть смертельно уставшего человека. Жестокие слова слетали с губ, оставляя на них горечь разочарования:
― Хватит лицемерить, Тимс… Пора сказать правду, я жду.
Он вскочил, тяжело дыша:
― Я никогда не притворялся, Терри, и всегда искренне тебя любил, в душе надеясь, что этот день никогда не настанет. Что касается твоих родителей, то признаю, они были славными людьми, а малыша Келли я обожал. Но есть кое-что сильнее привязанности, и это
От возмущения затряслись губы:
― Да ты, наверное, не здоров, Тимс! Какой ещё, так-перетак, долг?
Он вдруг рявкнул так, что эхо его голоса, многократно отразившись от стен и потолка небольшого зала, где мы находились, обрушилось на меня, оглушая:
― Молчать! Если ещё хоть раз перебьёшь, остаток жизни проведёшь, в лучшем случае, в зверинце, разгребая навоз…
Теперь его глаза были чернее самой тёмной полуночи:
― Боже, да он же одержим демоном, как же я сразу этого не понял?
Что-то тяжёлое опустилось на плечи, словно взваливая на спину непокорного мальчишки неподъёмный груз.
― Терри, ― голос Врага снова стал вкрадчиво-мягким, ― просто послушай и не вынуждай применять против тебя Силы, с которыми ты не в состоянии справиться, даже если выпустишь на волю «особенную магию».
Я стоял с кислым выражением лица, мысленно усмехаясь:
― Что ж, посмотрим, какую историю ты сочинишь, чтобы оправдать убийства…
Тимс, прекрасно видевший моё состояние, помрачнел и начал рассказ:
― Давным-давно этот мир был населён не только людьми, но и необычными существами, жившими в гармонии с природой. Те, кого вы презрительно окрестили «демонами» лишь за желание вернуть потерянное. Увы, мы сами создали расу Избранных, желая помочь людям в развитии ― они молили нас об этом, принимая за богов.
Если бы в этот момент Тимс посмотрел на меня, без труда понял,
― Будь проклят мерзавец, согласившийся на этот чудовищный эксперимент и не подумавший о последствиях для нашего народа. Итак, учёные, отобрав самых талантливых людей, создали Избранных, продлив их жизнь и научив пользоваться магией, наполняющей этот удивительный мир. Однако, как и следовало ожидать, вскоре Избранные решили, что не нуждаются в «Учителях» и будут сами править миром. Они уничтожали нас без пощады, ведь их создатели не позаботились о защите от собственных «Учеников»…
Тимс сделал горькую паузу, но я не стал ему сочувствовать:
― Неужели ждёт, что пожалею их за глупость? Ещё чего…
Мой бывший слуга продолжил: