– Государь, – обратился к фараону финикиец, – если ты перейдёшь Синай и вторгнешься в пределы империи, то Тир сразу же встанет на твою сторону! И нас поддержат другие финикийские города! Мы тебя ждём как избавителя от ассирийского владычества. Сказать по правде, у нас уже нет сил терпеть ассирийцев!
Примерно в том же духе высказался и посланец от царя Арвада.
А ещё через два дня в Мемфис прибыл посланец от лидийского царя Гига. Он сообщил, что верховный вождь киммерийцев Лигдамис принял посольство от Великого царя и пообещал ассирийцам, что начнёт боевые действия против Лидийского царства. Старший сын Лигдамиса, Сандашактра, во главе пятнадцати тысяч киммерийских конников уже вторгся в северо-восточные владения Лидии.
– Ну, что ты на это скажешь? – обратился к Монуэмхету Псамметих.
– Я не думаю, что Ашшурбанапал знает обо всех наших планах. Он просто реагирует на открыто враждебные шаги Гига.
– Но после этого, – заключил Псамметих, – Гиг не сможет полноценно выступить против ассирийцев, потому что будет вынужден отбиваться от кочевников…
– Да, это так, – вынужденно согласился Монуэмхет.– У Гига теперь всё внимание будет сосредоточено на «чёрноколпачниках». Они его не оставят в покое.
***
После Тулизского разгрома Элам переживал не лучшие времена. Это было уже не то прежнее обширное царство с населением в семь миллионов человек и которое иногда могло бросить вызов даже Ассирии.
Разгром эламской армии при крепости Тулиз привёл к пленению Теумана и двух его сыновей, после чего они прямо на поле битвы, перед шатром Великого царя, были как овцы зарезаны, и их засолённые головы в качестве главных трофеев Ашшурбанапал увёз в Ниневию. Хотя никто в Эламе не печалился из-за подобной участи Теумана, так как все ненавидели его за то, что он был не просто самодур, а оказался необыкновенно жесток и убил даже собственную мать и младшего брата.
После этого Ашшурбанапал разделил Элам на несколько уделов и отдал их сыновьям Уртаки, того самого, который правил до Теумана и любовницей которого одно время являлась царица-мать Шильках.
Сыновья Уртаки, спасаясь от злобного дяди-самодура, несколько лет прожили при ассирийском дворе, так что Ашшурбанапал им доверял. Старшему сыну Уртаки досталась Мадакта, среднему, Аттахамити, столичные Сузы, а самый младший Тамарити получил область Хидалу по реке Улай. А ещё от власти Элама освободились персы, осевшие в Аншане и к востоку от него, и горцы-луллубеи, обитавшие на северо-западе, а также и касситы.
Самый старший из сыновей Уртаки, Хумбан-никаш, хотя и любил Мадакту за её очень живописные окрестности и здоровый климат, но всё равно был недоволен тем, что Сузы достались не ему, а его среднему брату. Однако в открытую выражать это недовольство он, конечно же, пока опасался. Ещё была свежа в памяти расправа ассирийцев над Теуманом. Впрочем, один из сыновей Теумана, Ундаси, с которым Хумбан-никаш дружил и который по счастливой случайности избежал смерти, так как не участвовал в битве при Тулизе, нашёл убежище в Мадакте, и никто не собирался выдавать его ассирийцам. Ундаси принёс присягу на верность своему новому покровителю, и теперь Хумбан-никаш сделал его генералом и выделил ему несколько тысяч воинов.
Ундаси, после расправы Великого царя над его отцом и двумя братьями, превратился в самого ярого ненавистника Ашшурбанапала, а его покровитель так или иначе, но прислушивался к нему, и постепенно настроение Ундаси стало передаваться и Хумбан-никашу.
Окончательно антиассирийскую позицию Хумбан-никаш занял после того, как в Мадакту для переговоров прибыли доверенные люди от Вавилонского царя. Они сообщили старшему сыну Уртаки, что вскоре по всей Месопотамии разгорится восстание против ассирийцев, и предложили ему примкнуть к спешно создававшейся антиимперской коалиции.
Хумбан-никаш обратился за советом к другу.
– Ну, что ты на это мне скажешь? – спросил правитель Мадакты у Ундаси.
– Сейчас… или никогда!– ответил принц.
– Ты уверен в успехе намечаемого дела?
Ундаси энергично закивал головой:
– Более чем! Ведь против ассирийцев выступят не только Вавилония, арамеи и халдеи, но ещё Египет, Лидия, греческие города, финикийцы и, возможно, даже Мидия! Империю начинают обкладывать, как кабана на облавной охоте! Столько лет Ассирия пила кровь у всех, столько лет она выжимала соки, что против Ашшурбанапала готовы выступить все, кто им недоволен, и кто ненавидит его державу! Так что нам не стоит отсиживаться в стороне! Время для мести настало!
***
После восстания шести мидийских племён и освобождения их из-под власти Ассирии первым по настоящему независимым правителем этой страны стал Кашштарити. Он основал столицу Мидии Экбатаны и объявил себя в ней царём. Однако вскоре ему бросили вызов его бывшие сподвижники, и в Мидии разгорелось пламя гражданской войны. В ходе неё погибли как Кашштарити, первый царь, так и оспаривавшие его тиару князья, и мидийцы выбрали себе нового царя, на этот раз из простолюдинов.
Им стал деревенский староста и судья Дайаку.
