— Больше к востоку, чем к югу. Релой гонится за Кулаком Колтейном и Седьмой армией. Он, наверное, уже перебил их всех, но всё равно силы Релоя стоят к востоку от Секалы, и эту территорию ему поручили удерживать.
— Ты об этом знаешь куда больше, чем я, — проговорил убийца.
— У нас были слуги-титтанцы, — объяснила Минала. — Преданные.
— И они заплатили за свою верность жизнями, — добавил капитан.
— Так есть к югу отсюда армия Апокалипсиса?
Кенеб кивнул.
— Да, и она готовится к походу на Арэн.
Убийца помрачнел.
— Скажи, капитан… ты когда-нибудь слыхал слово «джистал»?
— Нет, это не из наречий Семи Городов. А что?
— Разбойники говорили, что в Арэне «джистал сидит внутри». Будто это бритая костяшка. — Некоторое время Калам молчал, затем вздохнул. — Кто командует той армией?
— Этот ублюдок — Корболо Дом.
Калам сощурился.
— Но он ведь Кулак…
— Был Кулаком, пока не женился на местной женщине, которая совершенно случайно оказалась дочерью последнего Святого Защитника Халафа. Так что он стал предателем. Казнил половину собственного легиона, когда солдаты отказались ему подчиняться. А вторая половина сняла имперскую форму и объявила себя независимым отрядом наёмников, который тут же принял контракт у Корболо Дома. Именно они и напали на нас под Орбалом. Называются теперь «Легионом Вихря» или как-то так. — Кенеб вскочил и пнул ногой угли, так что те разлетелись во все стороны. — Они подъехали как союзники. И мы ничего не заподозрили.
Убийца почувствовал, что капитан далеко не всё рассказал.
— Я помню Корболо Дома, — пробормотал Калам.
— Так и думал. Он ведь замещал Скворца, верно?
— Некоторое время. После Рараку. Превосходный тактик, только слишком кровожадный, на мой вкус. Ласиин он тоже не по вкусу пришёлся, потому она и назначила его в такую дыру, как Халаф.
— И повысила Дуджека, — рассмеялся капитан. — Которого теперь объявила вне закона.
— Вот про эту чёрную несправедливость я тебе когда-нибудь расскажу, — произнёс Калам, вставая. — Пора выдвигаться. У налётчиков могут оказаться поблизости друзья.
Он почувствовал на себе взгляд Миналы и сильно забеспокоился. Муж погиб меньше чем двадцать четыре часа назад. Корабль сорвался с якоря. Калам — незнакомец, который вроде как взял на себя командование, хоть уступает чином зятю. Она, должно быть, в первый раз подумала о том, что с Каламом у них есть шанс выжить. Такой ответственности он вовсе не был рад.
— Капрал Калам, — позвала Минала.
Убийца развернулся.
— Что?
— Женщины. Я думаю, мы должны их похоронить.
Убийца заколебался, затем снова принялся подтягивать подпругу.
— Времени нет, — проворчал он. — Беспокойся о живых, а не о мёртвых.
Её голос прозвучал жёстко.
— Именно. Здесь два мальчика, которым нужно напомнить об уважении.
— Не сейчас. — Калам снова обернулся к ней. — Уважение мальчикам не поможет, если их убьют или сделают с ними что похуже. Проследи, чтобы все были готовы, и сама садись на лошадь.
— Капитан отдаёт здесь приказы, — бледнея, процедила она.
— Он головой ударился и продолжает думать, что у нас тут пикник. Присмотрись, когда он приходит в себя: в глазах плещется страх. А ты хочешь ещё и это на него взвалить? Его любое потрясение может загнать в беспамятство — уже навсегда. И какой от него тогда будет прок?
— Ладно, — прошипела Минала и резко отвернулась.
Калам посмотрел ей вслед. Сэльва и Кенеб стояли рядом со своими лошадьми, слишком далеко, чтобы слышать слова, но достаточно близко, чтобы заметить: между убийцей и Миналой пробежал тёмный ручей. В следующий миг подъехали дети — вдвоём на одной лошади: старший гордо сидел впереди, а младший обнимал брата руками. Оба казались внезапно повзрослевшими.
— Готова, — холодно бросила Минала.
Калам обернулся в седле. Вгляделся в быстро густевшую темноту.
Они выехали из оврага в поросший травой одан. Калам скакал впереди. К счастью, оказалось, что демон ему попался стеснительный.