Маппо потрогал прокушенную кожу на задней поверхности своей шеи. Воспаленная разорванная плоть горела, к тому же ее облепили кровососущие мухи. Мышцы в глубине тоже отдавали пульсирующей болью. Он вытащил из рюкзака на спине лист кактуса йегуры и выдавил его сок себе на рану. Больное место моментально занемело, позволив Треллу свободно двигать рукой без ужасных страданий, которые заставляли его истекать потом в течение последних нескольких часов. Внезапно Маппо охватил озноб – да так, что он даже поежился. Сила кактусового сока была настолько велика, что он мог использоваться только один раз в день, иначе это грозило распространению эффекта на сердце и легкие. И как бы то ни было, это делало мух еще более кровожадными.
Он приблизился к расщелине в поверхности скалы. Треллы были обитателями равнин, поэтому Маппо не было абсолютно никаких навыков в искусстве скалолазания. Надо сказать, что перспектива быстрого овладения этой специальностью его тоже не прельщала. Расщелина была достаточно глубока, чтобы поглотить лучи утреннего солнца, и очень узка у своего основания, позволяя едва протиснуться плечам Трелла. Нагнув голову, он проскользнул внутрь, где прохладный влажный воздух заставил поежиться еще сильнее. Быстро привыкнув глазами к сумеркам, Маппо увидел заднюю стену пещеры на расстоянии шести шагов сзади. В ней не было ни лестницы, ни даже опор для рук. Задрав голову, он посмотрел наверх. В высоту расщелина значительно расширялась, однако стена не претерпевала никаких изменений до тех пор, пока не достигала основания башни. «Можно подумать, здесь нельзя было придумать самую элементарную вещь – спустить вниз веревку», – подумал Трелл. Досадуя, что его предположения не оправдались, Маппо вышел вновь на свет.
Икариум стоял, повернувшись лицом к началу Пути, подняв лук и зарядив стрелу. В тридцати шагах от него покачивался на всех четырех лапах огромный бурый медведь. Он нюхал воздух и дергал носом – Сольтакен во всей своей красе.
Маппо присоединился к товарищу.
– Это существо мне знакомо, – тихо сказал Трелл.
Ягут ослабил тетиву и опустил оружие.
– А он внушительный, – признался Икариум.
Медведь нетвердой походкой двинулся вперед.
Внезапно перед друзьями появился какой-то туман, заставив их сощуриться. В лицо полетели песчинки, а в ноздри ударил едкий острый запах. Маппо инстинктивно почувствовал накатывающую волну страха, у него пересохло в горле. Через несколько мгновений превращение было завершено, и перед путешественниками появился приближающийся к ним размашистыми шагами обнаженный мужчина, который, несмотря на палящее солнце, был очень бледен.
Маппо медленно покачал головой. В чужом обличье Сольтакен выглядел огромным и сильным – горой мускулов, но сейчас, в своем человеческом виде, Мессерб предстал обычным человеком, не более пяти футов ростом, почти лысым и каким-то изнуренным, с узким лицом и Лопато-образными зубами. Маленькие глаза цвета граната в окружении морщин хитро блестели, а рот широко улыбался.
– Трелл Маппо! Мой нос не подвел меня – это действительно ты.
– Наша последняя встреча состоялась очень давно, Мессерб. Сольтакен взглянул на Ягута.
– Да, кажется, это было на севере Немила.
– Его девственные сосновые леса, я полагаю, гораздо лучше подходили для тебя, – произнес Маппо, чья память возродила картину тех далеких свободных дней, когда огромный караван Треллов предпринял свой далекий переход.
Улыбка с лица Сольтакена улетучилось.
– Да, так оно и было. А вы, сэр, вероятно, Икариум, изобретатель всевозможных механизмов, а в последнее время – истребитель Сольтакенов и Д'айверсов. Знайте, что я почувствовал громадное облегченье, когда вы опустили свой лук. Когда я осознал, что вы собираетесь сделать, в моей груди поднялась огромная буря.
Икариум нахмурился.
– Я не истребляю никого, если у меня есть выбор, – ответил он. – Мы были атакованы без всякого предупреждения.
Маппо отметил, что слова Икариума прозвучали как-то неубедительно.
– Вы имеете в виду, что у вас не было шанса предупредить это беспомощное созданье. Жаль, его душа разлетелась на осколки. Нет, вы только не думайте, я нисколько вас не виню. Пускай сам пеняет на свой любопытный нос. Но что за запах присоединился к Треллу, – удивился я. – Он так похож на аромат крови Ягута, но все же в чем-то отличный. Теперь мои глаза удовлетворили интерес, и я опять могу возвратиться на Тропу.
– Ты знаешь, куда она тебя приведет? – спросил Маппо. Мессерб сразу потерял свою словоохотливость.
– Ты видел ворота?
– Нет, но что ты ожидаешь там найти?
– Ответы, мой старый друг. Сейчас я все-таки пощажу ваши носы и не буду превращаться обратно прямо здесь. Ты пожелаешь мне удачи, Маппо?
– Конечно, Мессерб, удачи! И еще одно предостережение: мы пересеклись своими Путями с Рилландарасом четыре ночи назад. Будь осторожен.
В его глазах мелькнуло что-то от медвежьей дикости.
– Я буду смотреть за ним.
Маппо и Икариум проводили взглядом голого человека, который через несколько минут пропал за одной из множества скал.
– И все-таки в нем скрывается что-то нечеловеческое, – произнес Икариум.
