Он сделал еще шаг, второй – машинально, пока переваривал эту мысль. Орлы не летают по ночам – значит, и не кричат по ночам!
– Господин ефрейтор! – крикнул он, и подавился своим криком…
А Мирза – принял решение бежать отсюда.
Он был из рода крымских татар. Небольшого, но гордого народа. И он не мог принять, как его здесь унижают. Просто не мог.
На вербовочный пункт его отвел сам отец. Семья была большая, бедная, даже, несмотря на природу, щедрую крымскую землю. А в армии – платили деньги, кормили, обмундировывали, учили. Инстинктивно – этот много повидавший человек понимал, что именно армия – может послужить тем трамплином, который подбросит вверх старшего сына. А потом он вернет долг, поможет семье.
Но все получилось не так.
Мирза были сильным, его руки закалились в крестьянском труде – но он был маленького роста. И плохо плавал – если русские не боялись воды и плавали как рыбы – то татары за редким исключением не учились плавать и боялись воды как огня. Поэтому – его не взяли в морскую пехоту. У него не было полного среднего образования – поэтому от него отказался флот, на флоте нужны грамотные, даже матросам приходится исполнять сложные команды и работать с оборудованием. Так он и оказался здесь, в батальоне аэродромного обслуживания.
Что с ним будет потом – он прекрасно знал. Хохол – крайне злопамятен, он ненавидит его. Рано или поздно – он его покалечит. Значит, надо бежать…
И он стал отставать со своим пулеметом.
И отстал уже довольно далеко, когда все началось…
Он видел в темноте лучше, чем кто бы то ни было – у них в хижине и сейчас не было электроэнергии, жили при керосинке, а керосин стоил дорого. Его глаза моментально привыкали к темноте, и он видел лучше и дальше остальных.
И потому – он увидел, как упал у самого капонира один из его сослуживцев, через долю секунды второй, и как к двум оставшимся – ринулись черные тени. А через секунду – прямо около уха прожужжала оса, и он почувствовал, как близко она прошла. И он упал на бетон, и открыл огонь из своего Мадсена…
Здоровяк поймал руку командира, нажал несколько раз – как договаривались, это была немая связь…
Патруль. Четверо.
Командир коснулся плеча снайпера, разрешая ему действовать.
И в этот момент – орлом крикнул Порке.
Черт!
Один из русских начал останавливаться – а потом крикнул что-то на своем языке. Командир понял, что они обнаружены и сдавил плечо снайпера. Снайпер выстрелил, русский подавился криком. Едва слышно щелкнула резина Порке. Командир – бросился вперед, сжимая в руке пилку – нож доставать было некогда.
Налетел на русского, забыв все приемы, с размаху ударил его пилкой, кажется в глаз. Русский подавился своим криком, он был примерно такого же роста и веса, от него пахло потом и еще чем-то, а на груди висел пистолет – пулемет, который сейчас упирался британцу в грудь и сковывал действия. Он выдернул пилку из чавкающего, пахучего мяса, замахнулся еще раз, русский взревел от боли – и тут, откуда то с тыла, откуда пришел патруль – ударил ручной пулемет. Лейтенант видел вспышки, не понимая, почему не стреляет снайпер. Потом – что-то ударило по голени с такой силой, что он повалился вместе с русским на бетон, понимая, что неприятности, которые он ждал с самого начала – все таки не миновали их. Но он не знал, что неприятности только еще начинались – для всех. Одна из пуль ручного пулемета – попала аккурат в боеголовку экспериментальной планирующей бомбы, вызвав детонацию почти тонны высокоэффективного взрывчатого вещества. И все разом закончилось и для британцев, и для русского патруля. Только не для Мирзы – по какой-то причине ударная волна забросила его в пустой капонир, прежде чем от взрыва сдетонировала еще одна боеголовка. Нарушение инструкции, согласно которой снаряженные боеприпасы нельзя оставлять рядом с самолетом (с утра планировались учебные пуски) – обошлось как нельзя дорого…
Пожар удалось погасить только к середине следующего дня.
Итог: четыре полностью уничтоженных стратегических бомбардировщика и шесть – поврежденных с разной степенью серьезности. Сильно повреждена новейшая военная база. Сорваны учения, сорвана работа по новейшим средствам поражения воздушного базирования.
После того, как за поврежденным ангаром нашли одного часового с ножевым ранением и одного – с дыркой в черепе, стало понятно, что на базу был налет. К закату – недалеко от базы нашли брошенный кем-то грузовик, в котором были мешки с рисом. К вечеру – удалось найти и поврежденную часть забора с явно перерезанной проволокой.
Было похоже, что все участники налета погибли.
Мирзу отправили в больницу. А как только он поправился – перевели в тюрьму. Газеты сообщили, что террористы – совершили налет на русскую военную базу с целью совершения диверсии. Остался жив их сообщник внутри базы, крымский мусульманин, которого будет судить трибунал.
