– Ты… мил друг, с танка зараз головой навернулся, на службе. Я тут и не знаю половину из того что ты написал. Установка Фрезера-Нэша – это что такое?
– Пулеметная установка на два крупнокалиберных пулемета системы Браунинг зенитного типа. Можно заменить на Маузер или Эрликон
– Хватил… Ты в армии набрался – а мне платить. Ты знаешь, сколько это стоит? Возьми Максим – счетверенку, да не мучайся.
– С Максимом, атаман, ты сам воюй. Навоевались уже. Мне нужно армейское оружие, самое лучшее, какое только есть. Германское, североамериканское, наше. Но не старье со складов. Ежели пулеметы-гранатометы найдутся… даже надо найти – так совсем хорошо.
– Какие тебе пулеметы-гранатометы.[78] То ж армейское оружие.
– Армейское – не армейское, мне разницы нет. Несколько штук надо будет. Пулеметы, бронированные машины, автоматы обязательно, настоящие, армейские не те которые сейчас. Если хочешь, атаман, чтобы толк был – оружие хорошее дай. И технику.
Атаман снова скосил глаза в бумагу.
– Дай то, дай се… – ворчливо проговорил он – я ж не в тех годах, чтобы давать по два раза. Все прибегают, и только с одним – дай.
Григорий молча ждал
– Добро, казак. Раз решили – делаем. Что надо – ищи, только не расширяйся далече. Подпишу… нехай Супонин потом орет.
– Супонин? Он тут?
– А куды ж денется. На хозяйстве сидит. Жид жидом. Куркуль, одним словом.
– Но не вор же.
– Не вор, не вор, это ты верно сказал. Сколько дней надо будет?
– Недели три. Лучше месяц.
– Три недели даю. Иди… иди, казак, с глаз долой, пока не осерчал.
Желающим получить медаль или гроб или и то и другое зараз.
Требуются добровольцы на государеву службу
Жалование хорошее, условия тяжелые
Отменное владение оружием обязательно.
Почему Одесса? Да просто так…
Хотя нет, не просто так. Далеко не просто так. С тех времен, как Восток стал русским – Одесса стала крупнейшим торговым портом на этом направлении, вторым – после Владивостока по грузообороту и седьмым по грузообороту в мире. Стратегической железной дороги,[79] после постройки которой порт Одессы пришлось спешно перепрофилировать под туристический – еще в помине не было, а Константинополь хоть и был портовым городом – все же до Одессы не дотягивал. Не потому что расположен был хуже – расположен то был он как раз лучше, просто до сих пор было непонятно: насколько мы там, навсегда или… Вот из-за этого "или" осторожные, знающие цену каждой полушке[80] купчины и не рисковали грузится через вторую столицу Константинополь, открывали конторы да торговые дома в Одессе. Было еще и в Севастополе – но там слишком много военного флота было, приткнуться негде. А Одесса… есть Одесса.
С давних времен как Севастополь был военным форпостом Российской Империи в регионе, так Одесса была форпостом торговым, мореходным, купеческим. Ее даже основали не русские. Основателем Одессы, раскинувшейся на месте, где раньше была считавшаяся неприступной турецкая крепость, был испанский еврей,[81] прославившийся на русской службе в боях с турецким флотом, выслужившийся до адмирала Хосе де Рибас, чье имя и фамилию потом исказили на русский манер. Жозеф Михайлович Дерибас. Он стал первым генерал-губернатором нового города, в его честь названа одна из основных улиц города – Дерибасовская, а его особняк с шикарным садом – его потомки передали в дар городу, и теперь там – Городской Сад. Вторым человеком, заложившим основы Одессы, был ее губернатор в конце восемнадцатого – начале девятнадцатого века Дюк де Ришелье, да, да, прямой потомок кардинала Ришелье, честнейший и предприимчивый человек, фактически сделавший Одессу тем, чем она есть на самом деле – огромным купеческим городом-портом, но при этом не чурающемся культуры. Его памятник стоит перед самой лестницей, в его основании одесситы сохранили ядро, выпущенное с корабля, бомбардировавшего город. Это был даже не корабль – обшитая сталью плавучая пушечная буксируемая батарея. Четыре дня она обстреливала город, у жителей города не было оружия, способного пробить невиданной в то время крепости корабельный борт – но одесситы не сдались, город выстоял. Чей это был корабль? А сами не догадались? Английский, чей же еще – только в двадцать первом и отомстили.[82] Потом Дюк де Ришелье уехал на родину, чтобы стать премьер-министром Франции – но одесситы его помнят до сих пор. Памятник даже поставили. Герцог Ришелье уехал – а Одесса осталась Одессой: оборотистой, купеческой, хлебосольной, понимающей толк в искусстве, ценящей остроумных людей и умеющей с рубля миллион заработать. Миллионщиков в Одессе на тысячу жителей было едва ли не больше, чем в Москве или Санкт-Петербурге, и это было закономерно: вся торговля с Востоком тогда проходила через Одессу. Ну, а где торговля, там и…
