С треском – заводится двигатель побитого Яга – наверное, армейское шасси, со службы списанное. Спереди и сзади – полицейские машины. Точнее впереди полицейский Интер, а сзади – настоящий открытый Додж с пулеметом на турели. Пулемет тоже списанный из армии, но надежный – старый Максим…
Кабина раскалена так, что не дохнешь. Сзади – раздается заунывное пение – нашиду[105] затянули твари обрезанные. Ничего… скоро им пеньковый галстук то затянут… недолго осталось…
– Поднажми… и так опаздываем…
– Зробымо…
Полицейский – водитель – снимает машину с ручника. С перегазовкой врубает первую, потом вторую. Под заунывный вой сирен – небольшой караван машин выкатывается за пределы охраняемой территории. Петляет меж уложенных елочкой бетонных блоков – надолбов. Грохочет кузовом на небольшом отвороте к тюрьме. И – выбирается на скоростное шоссе, Багдад -Дамаск. Шестиполосная бетонная магистраль, как из сна, белая стрела, разорвавшая пустыни и горы и связавшая раньше никогда не связанное. Ее строили североамериканские инженеры по своим спецификациям, потому что по климату САСШ и Ближний Восток во многом схожи. Благословенная земля, с которой можно снимать по три урожая в год, на которой если ставить завод – то нужен легкий ангар, а не капитальные кирпичные стены. Эти дороги – будущее этого края, возле них – будут и поля и заводы и селения. И через двадцать лет – эту глушь, в которой только и ценного что редкие пальмы, и сухие, выжженные солнцем после окончания сезона дождей покосы – будет не узнать…
А пока – дорога большей частью построена на будущее и машины на ней редки. Только вот новый Император, только взошедший на престол – сказал, что если мы что и будем строить – так только на будущее. Потому что будущее – за нами…
Полицейские машины – идут в два раза медленнее, чем могли бы. Посередине конвоя, спешит, хрустит шестеренками коробки – побитый Яг с зловещим, зарешеченным кузовом…
Затор… Видимо, только случилось – перекрывший две полосы грузовик, высокий, с высоким же кузовом. Возле него – армейский внедорожник…
– А… п…а их родила…
Не похоже, что бы военные занимались тем, что наводили порядок на дороге, скорее наоборот -они беспорядок поддерживают. Какое-то бестолковое суечение…
– Долбаки…
Полицейский исправник, истекающий потом – открывает дверь машины, чтобы выбраться из раскаленной кабины и навести порядок – но водитель, улучив момент, стреляет ему в спину из табельного нагана. И тут же прячется – массивный двигатель, из-за которого Яг называют "колуном" – отличная защита от автоматных пуль. С хрустом – осыпается выбитое лобовое стекло, впереди – грохочут несколько Дегтяревых. Головная полицейская машина уже изрешечена в дуршлаг, выбиты все стекла, лопнули передние шины, и теперь она стоит на ободах, пробитый радиатор шипит и плюется паром. Одна дверь открыта, виден убитый полицейский – он попытался выскочить, но не успел. А стрелять через стекло не сподобился, оттого и мертв теперь…
Сопровождавший машину открытый джип – взревев мотором, пытается выехать, но со стороны водонапорной башни, в паре сотен метров один за другим отрывисто и звонко хлопают винтовочные выстрелы. Условия для стрельбы просто идеальные – сверху вниз, как в тире. Первым – оседает пулеметчик за легким пулеметом, вторым – упокаивается водитель. Военные – определив откуда ведется огонь, прячутся за джипом. Только дело дрянь… они просто забывают, что спереди – тоже стрелки. Один из военных, вооруженный полицейским ППД, сделанным на манер Томпсона[106]
Специфический, металлический запах крови и раскаленного металла. Крики людей и хруст стекла под ногами. Раскаленный автомат в руках… хвала Аллаху, теперь у них тоже есть такие. Еще совсем недавно – не было, и неверные били их, издевались, унижали. Теперь, Иншалла, никто не посмеет…
– Аллаху Акбар!
– Аллаху Акбар!!!
В небо – гремит автоматная очередь. Молодой парень, не сдерживая слез и криков радости – высаживает в небо остатки патронов в диске. Это – первый его амал,[107] но Аллах даст не последний…
Сильная рука хватает его за плечо.
– Ты что делаешь, ишак? Ты думаешь, что патроны так легко достать и они так дешево стоят?
– Простите меня эмир, ради Аллаха…
– Забери пулемет. И собери все оружие у русистов. Возьми в помощь Салмана…
– Слушаюсь, эфенди…
В стенку кузова, в дверь – бешеный стук. Заключенные, кажется, поняли, что происходит и пытаются использовать этот шанс, сколь бы мал он ни был. Хоть и говорят – что они любят смерть больше, чем неверные любят жизнь, но на
За спиной – со скрипом распахивается водительская дверка. Водитель – решил, что все закончилось. И решил, что пора и ему получить свое – каким бы оно не было. Вот почему – наган в руке смотрит прямо в живот эмиру, что совершенно эмира не смущает…
– Как открыть?
Водитель настороженно зыркает
– Есть рукоятка. Вставил – и открыл.
– И где она?
– Сначала деньги…
