Форму здесь никто не носил - не на Дону. Одеяние казаки покупали у бедуинов - серо-бурые штаны из плотной ткани, нечто вроде длинного, такого же цвета халата поверх. Чалма - от солнца, на солнце здесь зараз солнечный удар получишь, с коня свалишься. Самодельные переметные сумы с запасом харча и патронов, казачьи широкие ремни с газырями, утыканными патронами, пулеметные ленты, которыми были перепоясаны многие, обоймы в подсумках. Еще нечто вроде переметных сум, но не на коня, а на себя - на груди кобура, гранаты, запас патронов. Все это казаки шили для себя и под себя...
Полусотня шла одношереножным строем, примерно выдерживая метров пять дистанцию между конями. Здешние горы раз и навсегда отучали скучиваться и атаковать лавой, здесь надо было воевать осторожно и расчетливо. Только тогда ты выслеживал неуловимых местных муртазаков** - и при этом оставался в живых...
Один из всадников - внешне ничем не отличающийся от остальных, офицеры не носили здесь знаков отличия потому что за их голову давали гораздо больше чем за голову простого казака, подъехал к стоящему рядом со своим Донцом пластуну, соскочил с седла, встал рядом...
- Что?
Пластун покачал головой
- Не нравится мне все это.
- Заметил что?
- Ничего. Слишком тихо.
Командир полусотни, хорунжий Спасцев, вскочил на коня.
- Урядник Михеев!
- Я! - вскинулся один из казаков
- Занимай здесь позицию, разворачивай пулеметы. Прикроешь нас. Все пулеметчики - во взвод Михеева. Остальным спешиться, выдвинуться на прочесывание! Искать любые следы! Любые!
Казаки быстро спешились, стреножить*** коней никто и не подумал. Привязали как смогли и ладно. Мало ли какой лихой человек в округе, налетят - охнуть не успеешь. Коней просто оставили на попечение взвода Михеева, который развернул пулеметы, прикрыв позиции пулеметчиков валунами, и сейчас занимал позиции для стрельбы на склоне.
Прочесывание в здешних местах - дело мерзкое. Местность неровная - горы, вади****, оазисы. Есть змеи. Есть и мины, есть растяжки. Ногу сломать - да запросто, не то, что ногу - шею зараз свернуть можно.
Рассредоточившись, закинув за спину винтовки и взяв в руки пистолеты, казаки неровной цепочкой, ругаясь и перекрикиваясь, пошли вниз.
Старший урядник Волков, опытный пластун, который сейчас и вел колонну, в прочесывании участвовать не стал - хватает народа, прочешут и без него. Вместо этого он достал из переметной сумы несколько горстей овса, скормил коню прямо с руки. Еще немного, двадцать километров - и застава. А в десяти километрах - оазис с колодцем, там можно и коня напоить и самому напиться. Колодцы муртазаки травить не решались - в этом случае их стали бы резать уже местные. Без воды в здешних местах жить было нельзя...
- Что Донец, тяжко?
Донец тряхнул головой, будто подтверждая - да хозяин, тяжко. Житья нет.
- Терпи... Полгода еще до смены....
Племенная территория на юге Аравии была одним из самых тяжких мест службы. Пустыни и горы, враждебные, насквозь пропитанные пропагандой ненависти к кяфирам, неверующим, местное население племена, живущие единым лишь разбоем, правительству в Сане***** никогда не подчинявшиеся и подчиняться не собиравшиеся. Днем может быть плюс сорок и выше, а ночью температура иногда опускалась ниже десяти. Солнце просто ужасное, поначалу не было казака который с непривычки не получил бы солнечный удар. Тяжелее всего казакам и их коням приходилось из-за отсутствия воды. Морская вода для питья не подходила, а ключей и тем более рек почти не было - даже в Палестине напиться было не в пример проще, ключи то тут, то там. Вот и приходилось возить воду в бурдюках - и для себя и для коня, ставить заставы около источников, копать колодцы - за русскими инженерами, что копали колодцы (бесплатные!!!), строили системы орошения и водосборники исламисты вели особенно ожесточенную охоту, ибо они подрывали торговлю водой. Охоту вели за всеми - караваны купцов были объектами грабежа, военные караваны и патрули казаков были объектами ненависти. Что хуже всего - дня не было, чтобы неподалеку от Йеменского побережья не болталась пара крейсеров, а то и авианосец Гранд-Флита. Уже больше двадцати лет не было большой войны - и те кто проиграл в предыдущей всеми силами жаждали реванша. Налеты, стычки, засады в любой момент могли перерасти в артиллерийский обстрел орудиями главного калибра и высадку десанта на берег. Уже бывало всякое - и обстрелы пустынных участков побережья с ответным огнем береговых батарей и кораблей русского флота, и сбитые самолеты, и полеты самолетов - разведчиков. Две великие державы, Российская империя и Британская империя, победитель и проигравший в жестокой мировой войне играли на нервах, проверяли друг друга на прочность в ожидании новой схватки за лидерство в мире. Все знали, что она состоится - но никто не знал когда именно.
