Капитан третьего ранга Геннадий Капитульскйй, командир дивизиона движения
Американская подводная лодка “Аугуста”
— Докладывает акустик! Русские заполнили ракетную шахту водой! Красный-2 на стартовой глубине! По всем признакам они готовятся к пуску!
— Ракетная шахта или торпедный аппарат? — выкрикнул в ответ Вон Сускил. Разница имела огромное значение. Если ракета, то он пошлет торпеду во вражескую подводную лодку немедленно
— Боевая готовность торпедным аппаратам три и четыре! Цель прежняя! — приказал Вон Сускил. Они держали красных на прицеле уже достаточно долго. Достаточно для того, чтобы уничтожить их точным ударом.
— Воду в третий! Воду в четвертый!
— Давление уравнялось. Третий и четвертый готовы!
— Торпедные аппараты... товсь!
— Товсь выполнено!
Акустик закончил наведение торпед на К-219, когда страшный взрыв заблокировал его датчики. Во избежание повреждений система автоматически отключила гидрофоны.
Когда затихло эхо взрыва, он услышал зловещий шум воды, врывающейся в корпус русской лодки.
— Нет, сэр! Стойте! — глядя на дисплей сумасшедшими глазами, закричал акустик. — Это не ракетная атака! Это не старт ракет! Повторяю — это не предстартовая подготовка и не старт!
— Что же это такое, черт побери? Что???
— Это взрыв, сэр! Они взорвались! И они погружаются, сэр... Они тонут, сэр!
К-219
Секунды превращались в метры глубины.
Воздух высокого давления рвался из баллонов в цистерны, с трудом вытесняя тянущий на океанское дно водяной балласт.
Воздух всегда был спасением для человека, и пусть сейчас он наполнял не его легкие, а цистерны субмарины, по сути это было одно и то же. Только он мог спасти лодку и ее экипаж.
Прочный корпус раненой лодки вибрировал и, казалось, готов был разорваться на части.
Но падение в бездну замедлилось! Глубиномер замер на 117 метрах, и лодка на мгновение зависла. Зависла в прямом смысле между жизнью и смертью. Своей и людей.
И уже в следующий миг, показавшийся всем вечностью, она начала всплывать!
Раскрученная турбина добавляла так нужного сейчас хода. Вперед, вверх, всплываем!!!
Американская подводная лодка “Аугуста”
— Господи! — все, что мог сказать акустик, с открытым ртом слушая, как подлодка, которую он считал советской, то есть вражеской, продолжала идти ко дну.
Он слышал треск и скрежет обшивки, по мере того как вода сдавливала лодку. Он понимал, что дела у русских плохи. — Докладывает акустик, — сказал он, — русские по-прежнему погружаются. Слышу шум воды, проникающей через обшивку. Ее двигатели еще работают, но... — он сделал паузу, слушая через большие наушники, — сэр, сейчас их раздавит!
Вон Сускил подумал, что так и надо этим подонкам, сунувшимся сюда на такой старой посудине.
— Старпом, отметьте координаты, может быть, они скоро понадобятся многим, в том числе советскому командованию... Стоп машина!
— Есть, — ответил рулевой.
— Скорость падает, — объявил старпом. Из сверхчувствительных гидрофонов, установленных на сферическом носу “Аугусты”, доносились ужасные звуки. Слушая их, акустик сомневался, действительно ли он хочет услышать то, что последует за этим: скрежет стали, раздираемой под сильнейшим давлением воды, грохот обломков или рев взрыва. Он слышал звук падающих на палубу тарелок. Какие звуки вырвутся из горла сотни обреченных людей? Новые наушники были хорошими, может быть, даже слишком хорошими.
Командир Вон Сускил стоял в боевом отсеке. Ни звука. Последнее, что слышали все, был грохот взрыва. Он прозвучал так близко, что на мгновение Вон Сускил даже испугался, что он произошел на их лодке. Все слышали леденящую душу фразу: “Ракетная шахта заполнена, и русские на стартовой глубине!” Был слышен вой турбины вражеской лодки, когда та пыталась резко прибавить скорость, подобно пойманной на крючок рыбе, которая пытается уплыть и спастись. Как глубоко они погрузятся, прежде чем их лодка разлетится на куски?
— Акустик! Подключи меня. Я хочу это послушать.
— Есть! — ответил акустик. Это войдет в историю подводной войны.
