И каково же было мое разочарование, когда в животе не запорхали бабочки размером с ястребов, как это было рядом с Симом. И хоть от Ильи тоже приятно пахнет каким-то горьковатым парфюмом, но мозг почему-то и тут подмечает, что не тот это запах, который мог бы мне понравиться. Вот что-то хвойное, мятное, с ледяной свежестью. Как… как у… неважно. Все неважно!
У меня свидание с классным парнем, и Сима я туда тащить не собираюсь, даже в своей голове!
Илья заводит машину, что-то увлеченно рассказывая, а я просто сижу рядом и улыбаюсь. Внутри гуляет легкий мандраж, такое бывает от волнения и неизвестности, и в тот момент, когда я почти уговорила свой мозг перестать думать и анализировать, а наша машина трогается с места и поворачивает к выезду с университетской парковки, мое сердце пугливо замирает. И тут же начинает биться запертой обезумевшей птицей. Пальцы до боли сжимаются в кулаки, а глаза испуганно округляются.
А все почему?
Потому что по встречной на эту самую парковку заруливает донельзя знакомая изящная черная BMW Макса. И я абсолютно точно знаю, что он еще час как должен мотаться по делам в городе, а следовательно, быть тут его не должно!
Но он здесь. И он меня заметил в машине Ильи. И судя по тому, как заходили желваки на его лице, мне пора начинать молиться.
— Я сегодня буду поздно, — захожу в кабинет отца, устраивая кружку с кофе на его рабочий стол.
— Опять в ночной загул? — поднимает свой хмурый взгляд батя, получает от мамы тычок в плечо. Черт, прям как моя вредина делает, когда на меня злится. Бессовестной довольной улыбки сдержать не выходит. Еще часик, и мы будем вместе за городом в приятной компании.
— Нет, — падаю в гостевое кресло напротив. — На дачу с парнями из команды. Вечеринка безалкогольная, в компании жен и подруг ребят, так что… — поднимаю руки, — все более чем невинно, бать.
— С девушкой поедешь? — интересуется ма, бессовестно уводя у папы из-под носа его кружку с кофе и делая смачный глоток. — Спасибо, любимый, — чмок в щеку и взгляд отца на маму, от которого мне стало максимально некомфортно.
— Возможно, — откашливаюсь, отвлекая этих двоих друг от друга.
Нет, я, конечно, не ханжа и рад, что даже спустя столько лет у них все горит и пылает, но алле, я ваш сын, и мне неудобно! Тем более, когда я мальчик уже большой и вполне себе понимаю, что означают такие взгляды, и что обычно в этот момент в голове у мужиков. Сам нет-нет да поглядываю на вредину такими глазами.
— У тебя есть девушка? — взлетают брови отца. — Почему мы не знакомы?
— У меня нет девушки, а пригласить думал Летту.
— Гаевскую?
— Именно.
— О-о-о… — расплывается ма в хитрой улыбке. — А вы…
— Нет, мам, — перебиваю, предупреждая ее вопрос. Хотя поздняк метаться, теперь можно начинать выбирать пригласительные на свадьбу. Они с Кати, кажется, этого только и ждут. А мы… а вот мы? Интересно, смогли бы стать настоящей парой? А мужем и женой?
Да ну нет, мне двадцать пять, мелкой вообще девятнадцать, кто в наше время в наши годы о браке думает! Бред.
— Так что, буду вечером. Днем дома не ждите.
— Поняли, — кивает батя. — Кстати, о вечере. Через две недели у нас будет банкет, на котором я на тебя рассчитываю, Макс.
— Ты же знаешь, что я не большой любитель банкетов, — морщусь, только представив себе это пестрое и разношерстное сборище, и чувствую, как на плечи ложатся нежные мамины руки.
— Мы с Гаем и Кати запускаем новую сеть отелей семейного формата. И вы с Леттой нам нужны в качестве поддержки, сынок, — говорит ма.
— Вредина тоже будет?
Так тогда это все меняет! Пожалуй, ради того, чтобы увидеть мелкую в этом крышесносном изумрудном платье, которое я, естественно, купил, я готов напялить на себя костюм и даже улыбаться на камеру, изображая примерного сына.
— Кто? — усмехается батя.
— Виолетта, в смысле? Гаевские всей семьей пойдут? — спрашиваю, и в этот момент виброзвонком оживает мобильный. А вот как раз и вредина звонит. Поглядываю на наручные часы, до конца ее занятий еще как минимум полчаса. Странно, неужели их уже отпустили, и моя птичка “обломинго” сама летит мне в руки? Часть парней из команды с женами уже на даче, другая подтянется, как и мы, чуть позже. Но в принципе, я готов “похитить” ее уже сейчас.
— Макс, — хитро поет, поглядывая мне через плечо, мамуля, — у вас с Леттой точно ничего нет?
— Нет, мам. Все, как обычно, — деликатно съезжаю с темы, поднимаясь на ноги. — Я отвечу и вернусь, — целую родительницу в щечку и выхожу из кабинета, параллельно нажимая на зеленую трубку.
— Летт?
— Макс, привет, это Рита, — слышу в трубке совсем не тот голос, который ожидал.
— Рита? Что-то случилось? Почему ты звонишь с телефона вредины? — напрягаюсь, моментально начиная фантазировать себе самые ужасные ужасы, в которая наивная малышка могла влипнуть.
