— Макс… — шепчу не своим низким голосом и вижу, как дернулся его кадык и как тяжело он сглотнул, а взгляд в упор уставился на мою грудь, что сейчас была прямо почти напротив его лица. И теперь там было на что посмотреть и без рентгеновского взгляда. Под тонкой тканью белой хлопковой футболки отчетливо темнели возбужденные вершинки сосков. Вздымались слишком пошло и откровенно. А осознание того, что парень смотрит на них, не отрывая взгляда, опалило смущением, которое тут же сменилось ноющей болью в налившейся от желания груди. Впервые я была так близка с парнем, и от этого меня сковала неловкость. Я боялась даже пошевелиться, чтобы не сделать что-то не так, не спугнуть момент. Потому что мне просто отчаянно хотелось продолжения. И судя по всему, не мне одной.
Ладони Макса пришли в движение, пробираясь все выше и задирая футболку все сильней, пока одна ладонь не достигла цели, осторожно и медленно сжимая левую грудь и заставляя меня тихонько застонать, выгибая спину. Мои пальцы сильнее впились в волосы Макса, а глаза закрылись.
Я готова была умереть, рассыпаться на атомы уже от одного этого прикосновения. От одного движения его ловких пальцев, перекатывающих горошину соска, словно дразнящих и играющих со мной. Исчезнуть от ощущения тяжелого дыхания Сима и хриплого шепота:
— Это просто невыносимо…
Ладонь Макса сжала сильней мою грудь, и тягучая, вязкая сладкая боль по спирали спустилась в низ живота, заставляя свести сильнее бедра, притупляя агонию, а колени задрожать от слабости.
— Они идеальные… Виолетта.
Кто, спросить я не успела. Потому что Сим, порывисто вжав меня в себя, обхватил сосок губами через футболку и дерзко сжал зубами, заставляя вскрикнуть от наслаждения.
— Ма-а-акс!
Мои ногти царапнули плечи Сима. Мощный разряда тока прошиб до самых кончиков волос, приподнимая волоски на теле и заставляя запрокинуть голову назад, судорожно хватая ртом воздух.
Я умру.
Я уже умираю.
С губ сорвался всхлип, и пришлось закусить их до боли. Тело словно вата, в голове ветер, а между ног ноет. Я уже готова была умолять, но Максу и этого было мало. Он повторил свои бесстыжие манипуляции со второй грудью, лаская живот ладонью, а потом также стремительно поднялся со стула и развернул меня к себе спиной, кусая в шею.
Его возбуждение упиралось мне в поясницу, а губы прокладывали дорожку из поцелуев к ушку.
— Я хочу тебя, вредина, до искр из глаз.
— Я… тоже.. — потеряла все слова, когда ладонь Сима легла на живот.
— Хочу целовать везде, — шептал Макс мне на ушко, обжигая горячим рваным дыханием, перемежая слова с поцелуями. — Хочу ловить твои стоны, мелкая. Которые будут только со мной и для меня…
И один такой стон удержать не удалось, и я вцепилась в руки Макса, как в спасательный круг. Я хотела продолжения смелых ласк, казалось, больше всего на свете. Но Сим слишком порывисто и резко обнял и замер, уткнувшись губами мне в висок и тяжело дыша.
В квартире стояла звенящая тишина и интимный, легкий полумрак. Даже телевизор и тот замолк. Ну, или это у меня пропали все звуки и признаки внешней жизни. Кажется, я и сама… пропала.
— Почему ты… — договорить Макс не дает, сильнее сжимает в объятиях.
— Не время, вредина, — его голос не узнать. Низкий, хриплый и волнующий. — Тебе лучше уехать домой. Я вызову такси…
— Нет, — разворачиваюсь в его руках, привстав на носочки, чтобы заглянуть в глаза. — Не хочу… я сегодня тут, — вздыхаю, обхватив ладошками щеки парня. — С тобой останусь.
— Это очень скверная идея, мелкая. Я скоро просто взорвусь рядом с тобой.
Я не нахожусь с ответом, поэтому просто тянусь к любимым губа и целую. А в ответ слышу протяжное “м-м-м” и потом, прерывая поцелуй:
— Ты меня убьешь!
— Позвонишь родителям моим? — хитро строю глазки.
— Но мы будем просто спать, поняла меня, провокаторша? — смотрит на меня таким взглядом, как будто это я тут на него с жаркими объятиями накинулась.
— Вообще-то это…
— И ты наденешь сверху еще пять футболок! — перебивает Сим. — И спать мы будем по отдельности.
Ну, все, я надула губы!
— У-у-ух какой! — хлопнула ладошкой Макса по плечу. — Мы еще посмотрим, чья возьмет!
— Виолетта!
Не проняло. Я была решительно настроена довести сегодня все до победного конца. Хоть и звучит это ужасно, но вино придало смелости, а тело все еще слегка лихорадило от ощущения губ Макса на моей груди и от воспоминания о его руках на моей разгоряченной коже.
Не знаю, чего уж наплел маме Сим, но она разрешила мне остаться ночевать вне дома, передавая через Сима наказ, чтобы я не забывала про наш разговор об осторожности и что для папы я осталась ночевать у подруги.
Нет, как ни крути, хоть один сообщник в лице родителя быть должен!
