Я затаиваю дыхание. Не могу поверить, что Дориан Блэк обращается ко мне! Но словно в тумане, безукоризненно выполняю его требование. Я не смотрю на него, проходя путь к его креслу, занимаю себя разглядыванием приборов и всевозможных яств, выставленных на столе. Я почему-то решила для себя, что он не ест… Ну а зачем? Умереть-то он не может.
Подойдя ближе, я замираю, уставившись на шикарную хрустальную люстру, весящую прямо над головой Дориана.
— Ближе. Я хочу, чтобы ты видела меня.
Внутри все переворачивается, как бывает, если на высокой скорости спускаться вниз по дороге. Волнение, схожее с ощущениями на аттракционе, и все потому, что я стою в двадцати шагах от великого Блэка!
— Посмотри на меня. — звенит его голос так близко, что кружится голова.
Я медленно опускаю глаза. Я прохожу еще два кресла и между мной и Дорианом, остается совсем мало свободного пространства. Больше нельзя прятаться, пора взглянуть ему в глаза!
Он неотрывно смотрит на мое лицо, кажется слегка скучающим… Невероятно! Я никогда такого не видела… Так вот как выглядят Бессмертные вблизи. Хотя этот самый особенный!
Он словно неживой, ненастоящий, точно в кресле за столом сидит великолепнейшая кукла, фарфоровая кожа игриво поблескивает под светом люстры, живые, наиярчайшие глаза завораживают своей нереалистичностью. Я откровенно разглядываю его, а он и не пытается заговорить, дает мне время насмотреться вдоволь!
Это не кожа человека — ни моя, ни кого-либо еще так не выглядит! Сравню ее с яичной скорлупой — кажется такой же хрупкой — но еще и покрытая глянцевым слоем. Я стою и смотрю на него, а сама не могу поверить, что «это» может заговорить. Ночной кошмар! Разговаривающая кукла в человеческий рост! Но, какая же прекрасная… О, если для кого и должно было застыть время, то определенно для Дориана Блэка!
Золотые, курчавые волосы закрывают брови, и когда Дориан моргает, челка мешает его ресницам свободно опускаться и подниматься, отчего Бессмертный легким движением, смахивает надоедающие прядки.
Я заворожена. Это — красота в первозданном смысле: идеальная, обескураживающая. От вида Дориана Блэка перехватывает дыхание и невозможно заподозрить его в чем-то отвратительном или постыдном, когда смотришь в его фарфоровое, белое лицо. Можно ли не быть влюбленной в него с первого взгляда? Неважно, мужчина ты или женщина… Он сидит напротив вас, его глаза сверкают как драгоценные камни, красота струится, словно из открытой бутылки дорогое вино, и вы не можете не трепетать перед ним.
Я вспоминаю легенду Дориана Блэка, о его огромной несчастной любви, о его гениальном складе ума, благодаря которому мы все живем в эпоху бессмертия, и не могу поверить, что легенда сидит от меня на расстоянии вытянутой руки.
Я о многом хочу расспросить. Вопросов тысяча и начала бы я тем, что касается его истории любви, но я, ни за что не отважусь задать хоть один.
— Твоя Церемония совсем скоро? — избавившись от прядки золотых волос, упавших на правый глаз, интересуется он.
Так. Уже пора начать выходить из-под влияния его магии и готовиться ступать по ответам, как по земле, усеянной капканами.
— Через две недели. Но я еще не решила.
Я ожидала удивленно распахнутых глаз. Такое должно быть Дориан Блэк не часто слышит — сомнения в возможности бессмертия — но он лишь как-то задумчиво и слегка печально ухмыляется.
— Твоя подруга более решительна. — со странным подтекстом говорит он.
Тянется за бутылкой и разливает кроваво-красное вино по двум серебряным фужерам. Протягивает один мне, и я, хоть и не хочу пить, но делаю глоток из страха и уважения.
— Можно вопрос?
— Самая замечательная возможность утолить любопытство. — фарфоровое лицо невозмутимо, он, наконец, отводит от меня взгляд и пьет вино.
— Что лежит в основе формулы бессмертия? Об этом столько говорили и говорят… Я не хочу знать ее всю, как вы понимаете я не об этом, а только основной принцип этой…магии.
Блэк холодно улыбается и встает из-за стола. Движения плавные и нереальные, как если бы он был статуей. Сердце учащенно бьется, я отдаю себе отчет, что вступила в интригующую игру и мой первый вопрос, это лишь возможность задать второй. Нить за нитью, я буду добираться до главного…
— Ты ведь, наверное, хочешь услышать как всякая романтизирующая жизнь молодая девушка, историю о ведьмовских чарах, или не знаю… сердце дракона? — его ироничный звонкий тон, отчего-то кажется мне фальшивым. — Но нет, все куда прозаичней. Химия! Наука сотворила эпоху, как впрочем, это всегда и было в человеческой истории. Нам не нужны заклинания и прочая тарабарщина, лишь собственный ум! Это скучно, я понимаю… Людям трудно принять, что самое великое и самое волшебное — это они сами.
Дориан аккуратно, словно пинцетом открывает виноградину от кисти и картинно отпускает в рот. Я бы его нарисовала, если бы умела это делать! Ох, чтобы за портрет тогда вышел!
— Полагаю, это не главный вопрос, который ты хотела мне задать?
