Какие всё знакомые названия.
Миры влияют друг на друга, переплетаются и меняют друг друга. Боги, смотрящие в бездну времени, могут наблюдать многие вселенные и по их лекалу менять свои.
А вот сейчас уже было сложно.
Не бери в голову, ты поймешь, как наступит время. Я знаю, тебе не нравится ждать, но, если бы я показал тебе сразу всё, ты вероятно сошла бы с ума, а показывая части моего пути невпопад, я рискую тебя запутать. Тебе придется подождать, пока я веду тебя, но не переживай, это будет не так долго, как кажется.
Надеюсь, Ньярл, я столько времени провела здесь и еще так мало знаю, от этого жутко неуютно.
— Как я и говорил, кочевники знают многое и могут ответить на некоторые вопросы, если ты придешь к ним. Может, они помогут отправить тебя в твой мир или хотя бы объяснят, что же случилось тогда в портале.
Я кивнула и закрыла глаза.
— Видимо, таков мой путь, придется заглянуть и к ним. Расскажешь о Сомне?
— Хм-м, ты вроде бы и так все основное знаешь, брошенные земли, неплодородные и дикие. Здесь долгое время управляли всем ведьмы и ведьмаки, являясь хранителями своих поселений. Они брали на себя работу лекарей, старост и летописцев, охраняли дома от нечисти и проводили ритуалы, взывая к богам. При чем, как ни странно, их магия это по сути смешение ритуалов из всех направлений сил, которые мы знаем, и Ньярл, изменив страну, все равно поддерживал это смешение, давая своим некромантам информацию о всех основах и объясняя, что каждый маг — это не только стихия, свет или тьма, это прежде всего спектр возможностей для развития.
Открыв глаза, я наклонилась к брату.
— А в магистерии Целестии учат не так?
— Там мало времени учат чему-то помимо основной специальности, не желая распылять внимание. В академии Кадата, где учился я, наоборот, показывали всего понемногу, стараясь прежде всего научить грамотно обращаться со своими силами, даже с малыми. Наши преподаватели были из разных концов мира, чаще всего гонимые властью или отринутые собственным народом. Например, фехтованию нас учил Беллаторец, не прошедший шестую ступень, он был очень силен и отлично обращался с оружием, но в магии оказался слабоват. Зато придумал множество хитростей и приемов, где даже пустяковым заклинанием можно было обмануть или сбить с ног врага. Наша травница при академии была довольно странной эльфийкой, она была сильной магичкой, но ее тело быстро уставало, и от перегрузок она могла слечь со слабостью на неделю, не в силах даже налить себе стакан воды. Зато эффективность трав она чувствовала как часть себя, ее руками было создано много хороших зелий.
— Звучит безумно интересно, а сейчас что-то осталось?
Гани поджал губы, вздохнув.
— Не то чтобы, Аван открыла курсы и обучение для детей, но у нас снова не хватает рук, не хватает помещений для обучения, не хватает тех, кто мог бы наставлять юные дарования и контролировать их взросление. Последнее сложнее всего, так как при открытии дара силы могут быть нестабильны, подростки, пережившие войну, часто имеют проблемы с тревожностью и поведением, а молодые, такие как Геспер, заняты в управлении и защите страны, не имея возможности сейчас посвятить себя науке или воспитанию нового поколения. Каину придется искать замену его жене на посту заместителя интенданта темных искусств, Мелета, насколько я знаю, сейчас будет занята воспитанием своего дитя. Ньярлатхотеп очень много времени провел, скитаясь по континентам и десятилетиями собирая тех, кто мог бы помочь ему, боюсь, чтобы восстановить утраченное, нам придется немало побегать.
— Какой был смысл вообще нападать на Сомну? Только подчинение и свержение некроманта?
— Не совсем. Это очень старый конфликт, и, насколько я знаю, очень многое пошло не так с предыдущим королем. Он был крайне мнителен и, постоянно подчищая свое окружение в поисках засланных некромантов, агитировал свой народ бояться и ненавидеть нас. Не знаю, упоминал ли я ранее, но Ньярл в свое время оставил много шпионов в Целестии, но не для слежки, а для спасения темных магов, оттуда постоянно увозили детей и взрослых, в которых открылся дар, и после массовых казней помощников почти не осталось. Новорожденные маги оставались на континенте, и в тот момент, когда их сила просыпалась, им никто не мог помочь, что еще больше подогревало общую истерию. Намного позже у эльфов появилась святая Хозяйка, что, встретившись с некромантией лицом к лицу, оказалась на грани жизни и смерти. Волшебный народ помог ей и поддержал в решении бороться с темными, а ее влияние распространилось уже на нынешнего короля.
— Дурацкая история.
