Радан содрогнулся всем телом, ощущая бегущие по спине мурашки. И в тот же миг ощущение взгляда пропало. Пропало, оставив в душе короля неприятный осадок, чем-то похожий на ледяное дыхание самой Бездны. С трудом переведя дыхание, Радан откинулся на спинку своего походного трона. И в тот же миг ощущение чужого взора вернулось вновь. Но на этот раз в нем уже не чувствовалось ни пренебрежения, ни ненависти, ни злобной радости. Спокойный изучающий взгляд. Взгляд заинтересованный и озабоченный. Взгляд бесконечно усталого существа, вынужденного продолжать заниматься ненавистным ему делом. Чуждый взор с легкостью проник в самые глубины души Радана и… бесследно пропал.
Будь все проклято! Да что же это такое? Неужели я схожу с ума? Неожиданно еще одна совершенно дикая мысль промелькнула в голове Радана. А что если это кто-то из Могучих интересуется мной. Неужели это… Но если это так, то тот первый взор, несомненно, был взглядом Падших. Но Падшие… Как может человек бороться с богами?
А голос? Кто же тогда это такой? Он знает все и обо всех… Неужели Страж Бездны?! Где-то в самой глубине его существа снова возникло далекое присутствие чуждой воли, и неведомый голос, уловив мысли Радана, разразился безумным смехом.
Возле королевского шатра невозмутимо стояли несколько стражников, призванных охранять короля даже ценой своей жизни. Немного в стороне на склоне холма все еще бегали отдельные солдаты, занимая свои места в строю. Громко орали сержанты. Лейтенанты и капитаны задумчиво смотрели вперед на неисчислимые вражьи полчища, развернувшиеся боевым строем в полутора милях от лагеря тулсакцев. А еще дальше, невидимые за горизонтом уже начинали свой разбег бесчисленные тысячи конных рыцарей Неалентоса, нацеливаясь на правое крыло икленской армии. В ответ икленцы выдвинули из своих рядов легион тяжелой пехоты, вооруженной длинными копьями.
Сплошной строй копейщиков сомкнул свои ряды и прикрылся стальной стеной щитов, над которыми хищно поблескивали острые наконечники копий.
Лязг железа, крики и испуганное ржание лошадей.
Радан шел по густо усыпанному телами полю боя, равнодушно перешагивая через трупы. Зрелище окровавленных тел и отрубленных конечностей не волновало его – за годы службы в легионах Тулсака, сначала простым рядовым мечником, а затем сержантом, он видел всякое. Просто сейчас мертвецов было слишком уж много – практически вся икленская армия навеки осталась лежать на этом поле, и только несколько жалких отрядов сумели проскользнуть сквозь ряды наступающих рыцарей Неалентоса. Иклена больше не существует, как не существует больше и надежды на его возрождение. Вместо трех королевств на картах Вал-Накина осталось только два.
Тулсак и Неалентос. Ослабленное и источенное войнами северное королевство и могучий южный сосед, способный без особого усилия смять его. Тулсак и Неалентос.
И сейчас правитель Тулсака направлялся на встречу с королем Неалентоса.
Радан споткнулся и чуть не упал, наступив на тяжелую булаву, сиротливо валяющуюся на земле неподалеку от своего хозяина. Пошатнувшись, он вынужден был шагнуть в сторону, чтобы не упасть. Подкованный сапог ступил прямо на развороченную грудь одного из мертвецов. Хрупнули ломающиеся ребра. Нога снова подкосилась, и только упав на одно колено и буквально обвиснув на древке грозного двузубого копья, король Тулсакский удержался от того, чтобы унизительно растянуться на густо политой кровью земле.
Брезгливо глядя на измазанный в чужой крови латный сапог, Радан не смог удержаться от нескольких грязных ругательств, совершенно неподобающих для правителя великого королевства. Следующие за своим королем по пятам десяток телохранителей и несколько старших офицеров разумно притворились, будто ничего не слышали.
Вдалеке уже виднелась делегация Неалентоса. Король в сопровождении примерно двух десятков стражников и нескольких слуг.
Подойдя к мрачно стоящему на месте Радану, король Иовилл брезгливо окинул взглядом бескрайнее поле битвы и, вытащив из рукава надушенный кружевной платочек, прижал его к лицу. Одет правитель Великого Неалентоса был в роскошные расшитые серебром и самоцветами одеяния, уместные разве что в тронном зале королевского дворца, но никак не на поле боя. Радан, облаченный в простые стальные латы, которые были неизменной принадлежностью каждого рыцаря тулсакской армии, поморщился и откинул забрало своего шлема, открывая лицо. Численное превосходство делегации Неалентоса его не очень волновало, и предательства он не опасался. Пусть врагов больше, но Радан все еще отчетливо помнил груды мертвецов, оставшиеся после того, как он вмешался в битву у южных ворот Тулсака, защищая свой город от посягательств проклятых икленцев. Древнее оружие внушало ему непоколебимое чувство уверенности в собственных силах. Разве убивать солдат Неалентоса труднее, чем резать на части бойцов Иклена?
– Фу-у, – король Иовилл брезгливо поморщился. – Как же тут воняет!
