— А он не помнит, куда идти, — тут же влез в разговор ещё один проснувшийся. С уже знакомым мне молодым и ехидным голосом. Как его там кличут? Вран? Похоже, что это он и есть! — Ему на стене так хорошо прилетело, что всю голову напрочь отшибло!
— Как это не помнит? — оглянулась мельком на ехидного и явно удивилась его словам сестра. Ответа не стала дожидаться, сразу же развернулась в мою сторону:
— Что? И правда не помнишь ничего?
— Так по голове же прилетело, — постарался отмазаться. Чем не подходящая причина? И рана на темени как раз присутствует.
— Вот беда-то! — всплеснула руками санитарка. — Ну да ничего, бывает, что и опамятуешь от хорошего удара, да потом всё равно всё пройдёт. Только потерпеть нужно.
— Да я что? Я ничего, — согласился. И добавил. — А терпеть-то уже точно сил нет.
— Ну пошли тогда, провожу и покажу, где у нас что, — подхватила меня под локоть женщина и потащила за угол, быстро перебирая ногами.
Пыхчу, стараюсь не отставать, а плохо получается. Переоценил я своё состояние, не оправился ещё толком после падения со стены. Побаливают ноги, и шатает меня из стороны в сторону весьма ощутимо. Попыхтел-попыхтел и взмолился:
— Не могу так быстро! Не успеваю!
— Тут немного осталось, потерпи. А то придётся портки менять, — не вняла моей мольбе сестричка и сильнее потянула вперёд.
Дёрнула за руку, я засеменил… В голове болью полыхнуло, перед глазами помутилось, сознание сбой дало.
Ноги ожидаемо не успели за телом, зацепились одна за другую. Меня развернуло, затрещали суставы, локоть освободился от захвата… И полетел бы я носом на землю, если бы не моя сопровождающая. Точнее, не совсем она.
Ткнулся я лицом как раз в то место, что у неё пониже спины находится. Ухватился руками, бёдра облапил — очень уж падать на землю не хотелось. И ведь не специально всё это проделал, оно само как-то получилось! Точно, башка не соображала ничего!
Но на колени всё равно пришлось опуститься. А женщина в этот момент резко развернулась, а платье-то, или как там оно у неё называется, я не отпустил.
Сколько книг прочитал, сколько фильмов пересмотрел, и везде в таком вот подобном случае ткань не выдерживает, с треском рвётся в клочья, разлетается на две половинки, открывает глазам самое сокровенное… Ничего подобного! Врут они всё!
Ткань оказалась настолько крепкой, что выдержала и резкое движение женщины, и даже мой весьма немалый вес. А женщина нет! Потеряла равновесие в развороте, запуталась в сбившейся ткани, растерялась и явно не успела сообразить, что нужно дальше делать. А тут ещё и я на ней мёртвым грузом повис… И пальцы мои, предатели, отказались разжиматься, выпускать из захвата складки платья.
Так мы и упали. Оба. Первым всё-таки я на землю завалился, на спину. И женщину эту за собой потянул, платье-то я так и не выпустил из рук почему-то. Всё голова виновата! И тот, прежний! А уже потом, явно тоже растерявшись от неожиданного моего нападения, на меня сверху она навалилась…
Придавила лицо мягким, задохнулся я от нехватки воздуха, затрепыхался и попытался вывернуться. Приподнял голову… Тут-то мне в неё и прилетело. Раз, другой! И прямо по подживающей ране! Только искры из глаз и посыпались!
Резкий удар по щеке! Как ожог! Зато сразу пришёл в себя, очнулся. Осознание происходящего пришло сразу, словно и не было минут забвения.
Голова от удара мотнулась из стороны в сторону, закружилась, противопоказаны мне сейчас такие нагрузки. Но и мириться с произволом не стал, отмахнулся наугад и даже куда-то там попал. И, похоже, хорошо так попал — с удовлетворением услышал в ответ сдавленный сип. Как раз и в глазах прояснилось. От встречного удара увернулся, просто убрал голову в сторону, и летящий прямо в лицо кулак врезался в подстывшую грязь!
От злости свело челюсти — несколько грязных капель попали прямо в лицо! Да что б тебя! Недавно ж только голову отмыли! Хорошо ещё, что успел среагировать и прищуриться, а то бы и в глаза прилетело. Разозлился крепко за все нынешние непонятки и сдерживаться не стал, сразу же ударил по воткнувшейся в землю руке! Ломать локоть ни к чему, лишать защитников ещё одного бойца не захотел, пожалел. Но извернулся тут же и сверху на затылок ему ладонью надавил, не удержался, вмял лицом в эту же грязь!
И сам в эту же грязь следом за ним лицом уткнулся! Очень уж крепко придавили меня к земле, навалились кучей сверху. Прижали, руки попробовали выкрутить и только хуже сделали. Да не мне, я-то уже приспособился, а вот первому бойцу только хуже сделали. Голова его по самые уши в грязь ушла. Да не задохнулся бы он там! Уже и пузыри выпустил, грязь забулькала!
Хэкнул, сгорбился, упёрся руками. Поднапрягся, приподнялся, выдернул ему голову одной рукой из грязи за ухо!
Тут же в бок сапогом пнули, словно железякой по рёбрам приложили! Успел отблеск металла на сапоге засечь. Да что же это такое делается!
