Заглянуть в будущее и узнать ответы на многие вопросы – какое правительство об этом не мечтает? Именно этим занимается секретная войсковая часть в подземном бункере под Москвой. А её служащие могут выбирать себе эпоху на свой вкус, но по приказу партии.
Лейтенант Ковалёв вышел из электрички. Хмурый осенний день только начинался. На платформу кроме него вышло всего два человека. Пронзительно свистнув, электричка поехала дальше от Москвы. Ковалёв огляделся. Жилья поблизости не наблюдалось, только через унылые поля вдаль уходила грунтовая дорога. На этом полученные инструкции заканчивались, и что делать дальше, лейтенант не представлял.
– Бабушка, не знаете, а до воинской части далеко? – спросил он у старушки-попутчицы, не спеша ковылявшей по платформе.
– Сынок, а тебе какая нужна? – остановилась старушка.
– А их тут что – несколько? – Ковалёв ещё раз осмотрел поля с пожухлой травой.
– А то! – гордо ответила бабулька. – Вон там эти, с радарами. Ещё дальше – строители. А по эту сторону – с ракетами. Тебе, поди, которая с ракетами нужна?
Ковалёв поразился умению бабки разбираться в эмблемах на армейских петлицах. У него были петлицы с перекрещенными пушками – артиллерист. Такие же были и у всех ракетчиков у них на полигоне.
Чуть прихрамывая, подошёл второй попутчик – пожилой мужчина.
– Чего ищешь, служивый?
– Часть свою ищет, – за него ответила бабка. – Ему, наверное, к ракетчикам. Это они тут с пушками на воротниках ходють.
– Ты, бабка, офицера в смущение не вводи, – строго сказал мужик. – А то он тебя за шпиона примет. А ты, служивый, постой тут немного. Обычно к этой электричке армейский «Газик» подъезжает, вот у них и спросишь. Да вон они уже и едут.
Он показал на машину, которая осторожно пробиралась по разбитой дороге. С чувством выполненного долга попутчики пошли дальше, а лейтенант стал дожидаться, когда «Газик» доплетётся до площадки у платформы. Наконец машина остановилась, из распахнувшейся дверцы выглянул моложавый майор и крикнул:
– Лейтенант Ковалёв?
– Так точно!
– Садись в машину!
Ехали молча. Дорога извивалась среди подмосковных лесов и полей, на которых Ковалёв намётанным глазом заметил частокол опор высоковольтных ЛЭП. Наконец «Газик» остановился перед деревянным шлагбаумом. Сбоку вышел солдат с автоматом.
– Документы!
Вслед за майором Ковалёв протянул свои бумаги. Внимательно изучив их, солдат поднял шлагбаум.
– Проезжайте.
Метров через двести «Газик» въехал на площадку и остановился рядом с другими машинами.
– Дальше пешком, – предупредил майор.
Жидкая грязь противно чавкала под ногами. Лейтенант Ковалёв старался не запачкать сапоги, но это ему не удавалось – постоянно приходилось козырять многочисленным майорам и подполковникам. Большинство спешащих по делам офицеров даже не обращали на него внимания, но Ковалёв по ещё свежей курсантской привычке не терял бдительности. Сопровождавший его майор, видя такое рвение, лишь снисходительно улыбнулся.
– Товарищ майор, а почему дорожки не сделали? – не выдержав, поинтересовался Ковалёв. – У нас на полигоне и то чище, а тут почти Москва.
– Дорожки в нашем деле – не главное, – философски отозвался майор. – К тому же стройка ещё не закончена.
Лейтенанта так и подмывало спросить, чем ему предстоит заниматься, но непродолжительная служба уже научила его не задавать лишние вопросы. Раз приказом командующего его откомандировали из степей Казахстана сюда, под Москву, значит – предстоит заниматься чем-то важным.
– Лейтенант, у вас там какая ЭВМ была? – старательно обходя лужи, поинтересовался майор. Ковалёв замешкался – а как же секретность?
– Тут у всех соответствующие допуски, – догадавшись о причине его смущения, успокоил майор. – Так какая? М-40, ещё ламповая?
– Так точно! – подтвердил Ковалёв. Он вглядывался в петлицы встречных офицеров, пытаясь отгадать, к какому роду войск относится часть. Но офицеры были отовсюду – артиллеристы, танкисты, медики, встретился даже капитан второго ранга, хотя до моря далековато.
– Придётся переучиваться, – прервал его размышления майор. – У нас тут техника посовременнее.
Ковалёв удивился – что может быть современнее техники их полигона противоракетной обороны? Они остановились перед каменным двухэтажным зданием. Что это – штаб, казарма, офицерское общежитие? Лейтенант с удивлением разглядывал занавески на окнах. Майор нажал кнопку звонка рядом с деревянной дверью. В двери приоткрылось небольшое окошко. Майор протянул документы. Окошко закрылось. Лейтенант с удивлением уставился на закрытую дверь. Ждать пришлось почти минуту. Наконец соседняя створка двери отворилась.
– Проходите! – скомандовал стоящий за ней крепыш с автоматом на груди. Майор подтолкнул Ковалёва вперёд и шагнул следом.
Внутри здания ничего не напоминало жилое помещение. Караулка, где сидело несколько десантников, и небольшой коридор. Поворот, лестница, ещё поворот, и они остановились перед массивной железной гермодверью с красным колесом-штурвалом. Майор протянул документы стоящему рядом часовому. Тот их внимательно изучил, и с видимым усилием отворил гермодверь. За ней виднелось продолжение коридора. Ковалёв с удивлением смотрел на кабели и трубы вентиляции, проложенные под потолком, и прислушивался к ровному гулу, доносящемуся откуда-то снизу.
