Течет вода, но отраженьена ней недвижно. Жизнь и естьводы подспудное движеньекуда-невесть, куда-невесть.А что же дальше, Бога ради,скажи? — За треском тростников —недвижный взор озерной глади,и в нем — движенье облаков.<p>«Как в детстве я любил бродить по кладбищу, что рядом…»</p>Как в детстве я любил бродить по кладбищу,что рядомс Всехсвятской церковью (давно снесли крестыпод дом),и безымянные читать не имена, а буквыи числа — сей кратчайший сказ о жизненномпути.К могилам гнулись дерева и бабушкив платочках,и с фотографий на крестах, как прежде с лицживых,сошел румянец (анилин) — казалось,загрубелибезликие черты: мороз, ненастье… И тогдане понимал я, чем влеком я был к томупогосту,что век не разомкнет уста, объятия крестоввек не сомкнет… и почему я вроде быстыдилсяпрогулок этих средь могил горбатых, но теперья понимаю: дело в том, что я стыдилсясмерти —казалось мне, я подсмотрел зазорное, и стыдмой был младенчески глубок. Да: я стыдилсясмерти,я и теперь ее стыжусь, коль с нею тет-а-тет.<p>«Поначалу лишь обрядом скорби…»</p>Поначалу лишь обрядом скорбикажутся нам смерти годовщины,а чуть позже — юбилейным лакомлессируется о близких память, словноудаляются от нас они, но послеесли хватит незаметной жизни,в праздник превратятся эти даты,оттого ль, что с каждым годом ближемы к ушедшим, оттого ль что в смертиглиняной и вправду мы не видим,но предчувствуем рождение второе.<p>«Благо оч'uма…»</p>«Благо оч'uмазрети солнце»,благо в отчизнежить как дома,благо: ночесьсомлев, наутропроснуться вновьдля вечной жизни.<p>«Донага обобраны…»</p>Донага обобраныу своего ж порогаоскверненные извнеравно как изнутрицеркви заблудившиесястоят одинокона обочинах дорог,по которым шли.<p>«Они идут ко Мне…»</p>Они идут ко Мнене сердцем, а устами,за псевдо словесамисердец их суть извне —далёко где-то. ДляМеня их вопль несносен.Но тщетно чтут Меня.
(Матф. 75, 8.)
<p>«Ясность это — тайны…»</p>Ясность это — тайнызатемненье,а не антиподбездонной тьмы.Слишком полагалисьмы на разуменье,слишком полагалисьна безумье мы.<p>«Так пышут златом купола…»</p>Так пышут златом купола,холодным пышным златом,так снежна даль сгорит дотла,сожженная закатом —так на устах не крови вкус —потерянного рая —что испытал терновый куст,горевший не сгорая?<p>«Забвения лед…»</p>Забвения лед,словно зеркала гладь,глядит лишь вперед —не оглянется вспять:из лжи отраженьяне надо, поверь,ломиться в забвеньяОТКРЫТУЮ дверь.<p>«Довольно дури!..»</p>
