К моменту, когда сгустившиеся сумерки превращаются в кромешную тьму, мои спина, плечи и поясница гудят от напряжения. Погасив экран ноутбука, я позволяю себе отдохнуть, лежа на кровати, а потом выхожу из комнаты и спускаюсь вниз.
То, что Стивен здесь, понимаю сразу. Не знаю, как, но чувствую его присутствие по особой атмосфере в доме. Вчера он не приехал ночевать. Не предупреждал, не писал и, конечно, не звонил. Сегодня заскочил отметиться?
Заглянув в пустую кухню, направляюсь в гостиную. Сидя ко мне в полуоборота, он читает какие-то бумаги.
Удивительно, как я не услышала, что он заходил в свою комнату, потому что сейчас на нем свободные домашние штаны и белая футболка.
В месте, где сходятся ребра, вспыхивает маленький огонек и растекается в груди теплом. Неужто я, рада, что он приехал?..
- Добрый вечер, - здороваюсь негромко и прохожу в гостиную.
Стивен поворачивает голову и, чуть сузив глаза, прокатывается по мне внимательным взглядом.
Эля права, он симпатичный. Особенно, когда смотрит так, как сейчас - не как на пустое место.
- Добрый, - отзывается негромко и откладывает бумаги.
Я прохожу мимо и усаживаюсь в стоящее справа от дивана кресло, подбирая под себя ноги. Расположив локти на широко разведенных коленях, Стивен выжидающе молчит.
- Как дела в компании? Ты сегодня там был?
- Был. Официально трудоустроился и занял кабинет прежнего генерального.
- Моего присутствия не потребовалось? Проблем не было?..
Юрий Андреевич звонил сегодня, выпытывал подробности, но я, кроме того, что произошло вчера утром в зале заседаний, больше ничего и не знаю. Меня отправили домой почти сразу после него, хотя я знаю, что Стив остался там до вечера.
- Не без проволочек, но ничего критичного.
- Больше всего меня тревожит Троценко, - признаюсь честно, вспоминая то, что рассказывал мне папа перед смертью, - В правлении среди директоров много его людей.
- Я знаю, Стефа. Постараюсь исправить ситуацию в течение этих полугода. Верхушку придется менять.
- У тебя есть люди, которым ты доверяешь?
- Немного, но есть, - еле заметно кивает головой, - Я переманил к нам пару спецов из Германии. Еще несколькими поделится Данилов.
- Главное, чтобы все было законно...
- Есть еще Макс. Ты же знаешь, что он оказывал юридические услуги через фирму-посредника?
- Да.
- Теперь я предложил ему для начала взять под контроль отдельное звено юридического департамента компании и трудоустроиться официально.
- И?.. - замираю я, - Он согласился?
В глазах Гранса мелькает холодная усмешка.
- Думает. Но я уверен, что согласится.
- Я тоже планирую работать в компании!.. - выпаливаю воодушевленно, - Как только улягутся страсти, я устроюсь в отдел экологической защиты.
- Это исключено, - отрезает Стив ледяным тоном.
- Что, прости?..
Едва не поперхнувшись воздухом, я неверяще качаю головой.
- Отец оставил тебе готовый, весьма успешный бизнес, Стефания. И был бы счастлив, если бы ты им занялась.
- Я не буду им заниматься, - проговариваю четко и с расстановкой, - Я намерена работать в компании, владелицей которой являюсь. Не думаю, что кто-то сможет помешать мне.
- Ты сильно осложнишь мне задачу, если будешь мозолить мне глаза в офисе каждый день, - так же ровно, от не отводя взгляда ни на секунду, отвечает Гранс.
- Почему?
- Потому что я успел узнать тебя достаточно хорошо.
- Эх, Володя, что ж так рано?.. - вздыхает Юрий Андреевич, глядя на фотографию папы на памятнике.
Она была сделана год назад для статьи в одном издании и еще до болезни. Он на ней полон энергии и жажды жизни. В повороте головы и взгляде уверенность в завтрашнем дне. На губах полуулыбка.
Он не собирался уходить.
- Никогда не любил больницы, - продолжает с грустью, - Сколько раз я ему говорил, лети в Израиль или Германию, подлечись. Ничего с твоей компанией за месяц не случится.
Я, кутаясь в пальто, стою рядом. Стивен позади в метре от меня. На наших пальцах кольца на случай, если тут появятся журналисты.
Взяв из рук водителя цветы, я прохожу по заснеженной тропинке к могиле и опускаю на нее охапку алых роз.
Прошу прощения у него мысленно, потому что если он сейчас видит меня, наверняка в шоке от того, что рядом со мной в качестве мужа Гранс Степан, а не Максим. Мы держали его в неведении вплоть до ухода. Вряд ли он доверил бы меня и свою компанию пасынку Юрия Андреевича.
- Не волнуйся, Володя, - словно подслушав мои мысли, вдруг проговаривает Данилов, - Так сложились обстоятельства, но мы держим руку на пульсе. Все будет хорошо. Спи спокойно.
Тихонько всхлипнув, я утираю выкатившуюся из глаз слезинку.
- Идемте, - говорит он, разворачиваясь, - Поедем к нам, помянем твоего отца.
Стоящая все это время поодаль Агния поправляет платок на голове и берет сына за руку.
Мы с Юрием Андреевичем идем за ними.
- Как у вас? - спрашивает, повернувшись и глядя в мое лицо, - Ладите?
- А это обязательно? Ладить?..
Тихо хмыкнув, легонько тянет мою руку.
- Ну, не воюете хотя бы?
- Не воюем. Мы почти не разговариваем.
- Стив такой, да... Слова лишнего не вытянешь.