Полковник коротко кивнул всем на прощание и направился к выходу. Словоохотливый штабс-капитан с видимым сожалением окинул взглядом оставшуюся батарею бутылок, попрощался с присутствующими и проследовал за ним.
— Может, в фараон, господа? — предложил кто-то из мужчин в штатском.
— Штосс — это не игра, — возразил грузинский князь Думбадзе. — Никакого умения не надо.
— Вы совершенно правы, князь, — поддержал его Юрий Андреевич. — Если уж угодно испытать судьбу да нервы пощекотать, так русская рулетка для того и придумана.
— Это вы так сейчас шутите, граф? — изумился князь Андроников.
— Хотите попробовать? Я с удовольствием составлю вам компанию. Только ставки должны быть соответствующие.
— Я, право, не знаю, — смутился Михаил Михайлович. — Довольно неожиданно. Да и в глазах церкви это ведь будет самое натуральное самоубийство.
— Здесь достаточно свидетелей, что это был несчастный случай. Неосторожное обращение с оружием. Но если вас так тревожит грех самоубийства, то можно стрелять по очереди друг в друга, — улыбнулся старик.
— Опасная игра, — уважительно произнёс молодой грузинский князь, но по блеску в глазах было понятно, что он как минимум заинтригован.
— Граф, вы нас сейчас разыгрываете? — подал голос приезжий купец. — Неужели кто-то способен назвать такое безумство игрой?
— Вся наша жизнь — игра, и не стоит относиться к ней слишком серьёзно, — глубокомысленно заявил граф Белов, закуривая папироску. — Ну так что, господа, кто готов рискнуть по-крупному?
Все присутствующие обменялись растерянными взглядами, и тут горячая кавказская кровь дала о себе знать.
— На что играть будем, Юрий Андреевич? — встрепенулся азартный горец.
— Главная ставка здесь — жизнь, ну а чтобы веселей было, добавлю дом в столице да ползавода нового, — он переворошил лежащие перед ним деньги. — Ну и это в придачу.
— Неплохо… Граф Александр Владимирович Стенбок-Фермор распродавал свои земли в Лахте. Они там дачные посёлки решили устроить — дорогу проложили и электрические провода протянули. Места красивейшие. Вот я и прикупил полторы тысячи десятин, хочу имение рядом со столицей устроить. По сегодняшним ценам равнозначная ставка выходит, согласитесь, граф.
— Годится, князь, — безразлично пожал плечами Юрий Андреевич. — Свидетелей тут более чем достаточно, потому напишем расписки и этим ограничимся. Револьвер у кого-нибудь есть?
— Найдётся, — успокоил его князь Андроников. — Но, может, всё же не стоит, господа?
— Велите принести бумаги и чернил, — блеснул на него глазами Думбадзе. — Мы с графом Беловым уже всё решили!
— Воля ваша.
Князь Андроников вышел в соседнюю комнату и через минуту вернулся с револьвером и письменными принадлежностями. Формальности не заняли много времени. Отложив перо, Юрий Андреевич взял со стола «Смит-Вессон» образца 1885 года, называемый ещё «третьей русской моделью», и, оттянув курок, слегка переломил его, удостоверившись, что револьвер заряжен. Затем поднялся и, подойдя к распахнутому окну со спокойным, можно даже сказать, безмятежным выражением лица, выстрелил в воздух.
Хозяин квартиры вскочил было со своего места, но, наткнувшись на ухмылку князя Думбадзе, промолчал. Все, кроме грузинского князя, встали и отошли в сторону — это была игра для двоих. Юрий Андреевич снова переломил револьвер и экстрагировал патроны и пустую гильзу. Они рассыпались по полу, но граф легко присел и поднял один из патронов. Затем подошёл к столу и, продемонстрировав этот патрон князю Думбадзе, зарядил им одну камору.
— Ну что, князь, вы готовы? Оставшийся в живых забирает выигрыш. Или если соперник откажется стрелять… Кто начнёт? — Юрий Андреевич приложил револьвер к своему плечу и провёл барабаном вдоль всей руки до самой кисти, заставив его таким образом вращаться.
— Прошу вас, граф, вы зачинщик, — улыбнулся князь одними губами. Взгляд его был твёрдым и сосредоточенным.
— Хорошо, — граф Белов приставил револьвер к своему виску и нажал на спуск. Выстрела не последовало.
— Ваша очередь, князь.
Юрий Андреевич протянул револьвер рукоятью вперёд, и Думбадзе сделал то же самое. Выстрела не было.
— Извольте, граф, — Думбадзе снова улыбнулся, но было заметно, что держать лицо ему нелегко.
— Благодарю вас, — старик слегка помедлил, но всё же снова направил ствол в свою голову и нажал на спуск.
Курок сухо щёлкнул вхолостую, и револьвер вернулся к внезапно побледневшему горцу. Но, надо отдать должное, гордый грузин быстро справился со своим волнением и, приложив револьвер к голове, после недолгого колебания нажал на спуск.
Выстрела не было. Улыбка князя стала совсем вымученной и неестественной. На лице Юрия Ивановича застыла уже знакомая Егору непроницаемая маска профессионального игрока в покер. Старик подхватил со стола бокал с коньяком и сделал большой глоток. Затем, шумно выдохнув, взял револьвер, приставил к голове и закрыл глаза.
