— Начинаем с Вяземской лавры — это целый комплекс зданий. Занимает почти весь квартал, — он ткнул карандашом в карту, — потом Апраксин двор — это рядом. Завтра Лиговка и Семенцы. Солдаты станут вот по этим улицам, а мы начинаем отсюда. Местная полиция не в курсе, если начнут возникать, то вы, Владимир Гаврилович, с ними особо не церемоньтесь. Тюремных карет у нас с избытком — по всей губернии собрали. Наших клиентов, Александр Васильевич, сразу в Литовский замок везём, а остальных — на фильтрацию.
— Мои люди где располагаются, Юрий Андреевич? — уточнил Герасимов.
— Вот тут полиция, а ваши — с этой стороны. Оставьте при себе пару опытных ребят, чтобы задержанных отсеивали. И вы, Владимир Гаврилович, выделите человечка.
— У меня не так много людей, как хотелось бы, граф. Оцепить указанный вами участок…
— Егор Николаевич вам поможет. Вам ведь, ротмистр, хватит сил?
— Если зачищать по одному зданию, то вполне. Только это долго получится.
— Вы куда-то спешите, граф? — улыбнулся Юрий Андреевич. — Так сегодня бала не будет…
— До пятницы я совершенно свободен, — машинально ответил Егор, и они обменялись понимающими ухмылками.
Граф Белов подытожил:
— В общем, всё понятно, а на месте уже по ситуации, — он протянул Егору какие-то бумаги. — Это типовые планы зданий в том районе. Ознакомьте своих людей.
— А нам что делать? — поинтересовался молчавший до сих пор медик.
— Вам необходимо по прибытии на место развернуть полевые госпитали, операционные, или как там они правильно называются, и быть готовым спасать наших людей и, возможно, ещё какие-нибудь тела этих заблудших душ. Ну и, само собой, отсеивать больных среди задержанных — тут уж вам и карты в руки. Поддержку я вам обеспечу.
— Я вас понял. У нас всё готово.
— Отлично. Егор Николаевич, поднимайте в ружьё ваш спецназ.
— Спецназ? — удивился Герасимов.
— Специального назначения, — объяснил Юрий Андреевич.
Вид его людей в шлемах непривычной формы, в кирасах, с большими щитами в руках, вызвал искренний интерес всех присутствующих.
— Я считал, что времена рыцарей давно минули, — улыбнулся Филиппов.
— Всё новое — это хорошо забытое старое. Надо будет посмотреть их в деле. Я сам, правда, ещё не видел, но, зная господина ротмистра, нам всем предстоит весьма любопытное зрелище… — Юрий Андреевич критически оглядел экипировку подошедшего к ним Егора и ехидно спросил: — Позвольте поинтересоваться, ваше сиятельство, а что это вы так вырядились? Никак сами штурмовать удумали?
— Да, я поведу одну из групп. Я отобрал, на мой взгляд, наиболее способных и тренировал их отдельно от остальных.
— Это, конечно, всё очень похвально… но отставить, ротмистр. И это приказ!
— Юрий Андреевич…
— Я категорически вам запрещаю! Вы меня услышали, граф?
— Так точно.
— Вот и славно, — успокоился граф Белов. — Куда же этот тюремщик запропастился? Время-то идёт, а мы с военными по часам условились. Всё. Нет возможности ждать. Господа, нам следует поторопиться.
Прибыв на место, они увидели частую цепь солдат с примкнутыми штыками, усиленную пулемётными расчётами. Внутри оцепленного квартала уже начиналась нездоровая суета. Прохожие за линией оцепления сбивались в небольшие группы и удивлённо рассматривали спецназ. Жандармы и полиция оцепили крайний дом, а снайперы заняли свои позиции.
— Начинайте, ротмистр. С богом.
— Группы: фельдфебеля Кривицкого и подхорунжего Веденова — первый этаж, унтер-офицера Терещенко и подпоручика Брамса — второй. Штурм! Власов, Ерыгин, держите вход. Группы зачистки — приготовиться. Вперёд. Подгоняй автозаки! Тьфу ты, чёрт! Кареты давай сюда.
Первые группы, прикрываясь тяжёлыми стальными щитами, скрылись в здании. Раздались взрывы светошумовых гранат и женские крики.
— Прапорщик, урядник — грузите задержанных. Корнет Сколин и вахмистр… вы, в общем, приготовиться.
— Вахмистр Ежов, ваше сиятельство.
— Простите, забыл. Вы следующие.
На втором этаже началась стрельба, но быстро стихла. Из дверей показались первые обитатели дома. Кого-то выводили, заломив руки за спину. Кто-то выходил сам, держа руки за головой. Тех, кого не успевали загружать в закрытые деревянные фургоны, гордо именуемые здесь тюремными каретами, выстраивали лицом к стене дома. Когда стена закончилась, людей принялись усаживать на корточки прямо посреди двора. Задержанные с ужасом смотрели на сновавшие вокруг них обезличенные фигуры.
Снова раздалось несколько выстрелов, но уже было понятно, что здание захвачено. От дома потянулась длинная вереница фургонов в сопровождении верхового конвоя. Такая же процессия с коряво намалёванными в спешке красными крестами в белом круге покатила в другую сторону. Её тоже сопровождали всадники из конвойной службы. Представитель главного тюремного управления всё же прибыл, и, надо сказать, как раз вовремя. Несколько десятков кавалеристов оказались очень кстати.
