– Кажись, успели. Давай, Егорушка, в темпе – мой «браунинг» с зажигалкой где-то на подходе. Надо будет выяснить, на чём они сюда добирались. Должен же быть какой-то транспорт? Я тогда упустил этот момент и пришлось танкистам глазки строить.
– Валим всех? – для проформы поинтересовался Егор.
– А чё с ними делать? – искренне удивилась Юля. – Нам сейчас языки без надобности.
Он безразлично кивнул, соглашаясь, и они, быстро пройдя переулок, вышли к отделу милиции.
– Эх, сказал бы мне кто пару лет назад, что я буду кросс бежать, чтоб легавых спасти – ни за что бы не поверил, – словно оправдываясь произнесла девушка. – Воистину пути господни неисповедимы.
– Аминь, старче, – Егор напряжённо озирался по сторонам, но широкая улица не таила в себе никаких опасностей.
Юля распахнула невысокую калитку и уверенно прошагала через двор в отделение милиции. Там был полный порядок. Сержант сидел за столом, разбирая какие-то бумаги, а ещё вполне живой щуплый милиционер стоял перед зеркалом, разглядывая в мутном отражении свои юношеские прыщи.
– Здорово, Санёк! – радостно гаркнула Юля с порога и тут же сгребла молодого милиционера в объятия. – Рада тебя видеть живым и здоровым.
Глядя на их изумлённые лица, Егор не выдержал и коротко хохотнул. Зная старого пройдоху, стало ясно, что Санек сейчас лишился всего содержимого карманов, да и оружия наверняка тоже. Ничем другим объяснить такую радость Юли было невозможно. Она, наконец, выпустила милиционера из объятий и, мгновенно потеряв к нему интерес, уселась на «своё» место.
– Привет, Бутько. Дай закурить, – она бесцеремонно вытащила из лежащей на столе пачки папиросу и, ловко заломив гильзу, сунула её в рот. Спички были приватизированы с такой же непосредственностью.
– Машка, ты чего? – выдавил из себя сержант.
– Малгожата, – поправила она и окуталась целым облаком дыма. – Не фамильярничай, сержант.
– Да что с тобой? Ты пьяная, что ли? – Бутько попробовал найти хоть какое-то рациональное объяснение нахальному поведению местной девчонки.
– А ты мне наливал? – улыбнулась она, а потом повернулась с застывшему неподвижным изваянием молодому милиционеру и добила его окончательно. – Санёк, дружище, у тебя там в сундуке брюки с пиджаком есть и рубаха серая. Тащи сюда и сапоги захвати с портянками. Только свежие бери, в верхнем ящике.
Но Санёк даже не двинулся с места. Он растерянно взглянул на сержанта, и тот вынес вердикт:
– Точно пьяная.
Затем Бутько на секунду задумался и его брови вновь удивлённо поползли вверх:
– А где это ты так по-русски научилась? Или притворялась?
– Успокойся, сержант, трезвая я. Сейчас сюда люди Кадета придут и убивать вас всех будут. Они ж не знают, что вы его ещё ночью в район увезли.
– А ну, пошла отсюда, – сержант привстал, делая грозное лицо, но ствол ТТ упёрся ему в лоб, и он тут же замер.
– Наган на стол. И не дёргайся. Медленно доставай. Ну чё замер? Соображай быстрей, – она кивнула на его часы. – Если б ты на Халхин-Голе так тупил, мы б с тобой не познакомились. Кстати, комбриг твой тебя хвалил.
Он непонимающе уставился на неё и уже собирался что-то сказать, но в этот момент Егор, внимательно следящий за улицей из открытого окна, произнёс негромко:
– Гости.
Он старался молчать, так как в прошлый раз сержант обратил внимание на его московский акцент. Юля раздавила окурок в пепельнице, смерила сержанта нехорошим взглядом и, подойдя к Егору, шепнула:
– Присмотри за ним.
Егор молча кивнул и подошёл к сержанту. Юля выглянула в окно и выстрелила пять раз. Потом пару секунд всматривалась и выстрелила ещё раз. Сержант было дёрнулся, но Егор крепко ухватил его за плечо.
– Лови! – пистолет полетел в сторону молодого милиционера, и Санёк неуклюже поймал его.
Юля вернулась на место и снова закурила.
– А ты классно стреляешь, Санёк, – улыбнулась она обаятельно и, повернувшись к сержанту, добавила: – Товарищ Бутько, считаю необходимым поощрить милиционера Бурова. Видели, как он ловко всю банду пострелял. Теперь есть, что доложить капитану Акимову.
Сержант встал из-за стола и, подойдя к окну, долго рассматривал трупы бандитов. Наконец, он обернулся.
– Вы кто такие? Откуда Акимова знаете и тем более Шевченко? – сержант пристально смотрел на них долгим немигающим взглядом.
– Эти сведения составляют государственную и военную тайну, товарищ сержант. Мы не вправе разглашать. Имейте ввиду – нас с Анджеем здесь не было, и куда мы пропали вам неизвестно. В самом крайнем случае разрешаю переадресовать все неудобные вопросы капитану государственной безопасности Коргину Никите Александровичу или майору госбезопасности Максимову Андрею Степановичу. Это начальник восьмого отдела НКВД СССР. Ещё вопросы будут, товарищ Бутько?
Сержант продолжил сверлить её взглядом, но Юля, не обращая на него внимания, попросила Егора:
– Там у этого штабс-ротмистра мои вещи остались. Ну, ты в курсе…
