– В польском языке слово zabijak означает «убийца», – спокойно пояснил Поляк. – Ну а так-то он Войцех Зелинский. Из жиганов. Года три назад перебрался сюда из Кракова и быстро собрал вокруг себя самых отъявленных негодяев. Законов наших не признают…
– А у тебя мальчики из воскресной школы? – не удержался Егор, но Поляк шутку не оценил и смерил его долгим мрачным взглядом.
– Ладно, молчу. Лет через пятьдесят спортсмены организуются, вооружатся, и тогда вам вообще несладко придётся. Ну, это я так, к слову. А сейчас вооружённый конфликт неизбежен?
– Он хочет встретиться завтра вечером. Скорее всего, без стрельбы не обойдётся. Вот я и решил от греха подальше…
– Так может, лучше я возьму винтовку с оптикой и засяду где-то в сторонке. Пара выстрелов и не будет войны?
Поляк вновь смерил его долгим взглядом и, помолчав немного, сказал:
– Не стоит. Попробую на толковище миром уладить, ну а там как получится. К тому же, мы ведь не в чистом поле встречаемся. Там от твоей винтовки толку никакого.
– Тогда другой вариант: если думаешь, что противники будут с оружием, то почему просто не натравить на них угрозыск? А вы без стволов приходите… – Егор внезапно вспомнил момент из популярного в своё время фильма.
– Пионер, ты меня на гадские поступки не толкай! – веско сказал Поляк, и Егор несколько смешался. Но потом всё же попытался образумить Поляка.
– Ты ведь понимаешь, что через год это всё уже не будет иметь никакого значения. Может отдать всё, что хотят, а после войны ты со своими ребятами без труда всё обратно вернёшь?
– Это будет иметь значения всегда, – хмуро бросил Поляк. – И неважно, кто здесь власть: поляки, русские, немцы…
– Не сравнивай, Поляк. Ты себе даже не представляешь…
– Хватит, Пионер. Это я уже слышал. Так ты отвезёшь Руту?
– Отвезу, конечно. Ты правильно решил – здесь ей не место. А на стрелке вашей всё ровно будет. Я чё-то сразу не сообразил: ты ведь тогда помогал Юле меня у ГБшников отбить – значит, живой остался.
– На стрелке? – удивился Поляк, и Егор быстро пояснил значение не использующегося ещё термина. Поляк коротко ухмыльнулся, что должно быть означало улыбку, и положил на стол клочок бумажки с телефонным номером.
– Это на всякий случай. Звони. Мне передадут. Если хочешь ещё что-то узнать – спрашивай.
– Ты где так по-русски научился?
Поляк хмыкнул себе под нос и поднялся:
– Я по молодости три года в русском остроге просидел. А потом революция. Домой вернулся, – Поляк немного помолчал, а затем добавил. – Пионер, я не хочу тебя пугать, но, если с Рутой что-то случится, лучше сам застрелись.
Глава 8.
На следующий день Поляк, провожая их в дорогу, скупо поцеловал Руту в лоб и, кивнув на прощанье Егору, скрылся в доме. Неприметная телега, запряжённая двумя подозрительно тощими лошадьми, не спеша, доставила их на уже знакомый железнодорожный вокзал.
Львовский вокзал, построенный в начале века Австро-Венгерской империей в популярном тогда стиле сецессии (аналог модерна), некогда считался одним из красивейших вокзалов в Европе. Длинное величественное здание с двумя изящными дебаркадерами было сильно разрушено бомбардировками во время польско-германской войны. К этому времени завалы уже расчистили, железнодорожные пути восстановили, но до полного завершения работ было ещё очень далеко.
Большой чемодан с вещами Руты нёс невысокий, крепенький мужичек с постоянно бегающим взглядом и повадками профессионального уголовника. Звали его Казимеж. Егор так и не понял, имя это или кличка. Потому как, кроме этого слова, сказанного при знакомстве, больше ничего от него не услышал. Выглядел он настолько ненадёжным, что Егор даже удивился, как это ему поручили столь ответственное задание. Но, судя по всему, он являлся особой приближённой и пользовался полным доверием Поляка, потому как стоило Егору только заикнуться по поводу своего нового напарника, так его даже слушать не стали. Пришлось смириться.
До прибытия поезда, если верить расписанию, оставалось ещё около получаса. Они расположились неподалёку от перрона, облюбовав себе довольно неплохое место в тени уцелевшей части здания, среди полусотни таких же пассажиров, что устроились там на своих баулах и чемоданах. Договорились с Поляком, что Егор будет наблюдать со стороны, делая вид будто они незнакомы. Для этих целей его даже приодели. Весьма добротный серый костюм, широкополая шляпа и новенькие туфли из мягкой телячьей кожи создавали ему образ весьма респектабельного гражданина. Для полноты образа даже вручили чёрный портфель с двумя большими блестящими пряжками. Казимеж в своём потёртом пиджаке, да и Рута в какой-то простенькой блузке и юбке на его фоне выглядели не очень презентабельно.
