Ксинг улыбнулся и сложил руки на груди, ободряюще кивнув Шадии. Та повела жезлом, и из навершия вылетела ослепительная молния, разветвляясь и ударяя в стражников. Те рухнули на землю, неподвижно замерев, и если бы Ксинг не чувствовал их ци, то решил бы, что они мертвы, а не просто валяются со сведёнными судорогами телами, толком даже не пострадав. Шадия бросилась вперёд, замахиваясь жезлом. Её стройная фигурка заметалась между статуями, избегая огненных шаров, молний, разноцветных лучей и вылетающих из рук статуй стрел и кинжалов. Каждый раз, когда жезл соприкасался с марионеткой, та либо оставалась стоять неподвижным изломанным изваянием, либо же рассыпалась грудой камня.
Ксинг неторопливо следовал за Шадией, лениво отмахиваясь от случайных снарядов, изгибая или отражая назад магические атаки, или разрушая случайно уцелевшую марионетку. Время он тратил лишь на то, чтобы извлечь из обломков всё ценное, справедливо решив, что колдунам это никогда больше не понадобится.
К огромной двери в башню они подошли вместе, держась за руки. Похоже, из-за действий Шадии колдуны объявили тревогу, так огромные двери из тусклого красноватого металла теперь были захлопнуты и загорожены упавшей сверху большой решёткой. Шадия замахнулась булавой.
— Подожди! — остановил её Ксинг. — Выглядит довольно интересно, похоже на Огненную Медь.
Он коснулся рукой дверей и решётки, и направил ци. Огромные створки мгновенно исчезли в пространственном браслете на его руке. Из срезанных петель ударили ослепительные разряды молний, которые без каких-либо последствий стекли с ци, защищающей тела Ксинга и Шадии.
Шадия зашла внутрь башни, в огромный и пышно украшенный приёмный зал. Вновь прыгнув вперёд, она начала крушить жезлом ожившие статуи.
— Ты же маг! — немного осуждающе сказал Ксинг, наблюдая, как во все стороны летят осколки камня. — Не хочешь использовать магию?
— Не сейчас, — рассмеялась она, откидывая за спину толстую косу. — Это же так весело!
Ксинг ухмыльнулся и кивнул. Действительно, в подобной оргии разрушения всегда было что-то особенное. И не ему, тоже любившему помахать цепом, Шадию осуждать.
— Наверх? — спросил Ксинг, указывая на лестницу, расположенную вдоль центральной шахты, за стенками которой он чувствовал пылающую ци Лахиб Шадид.
— Потом, — ответила Шадия. — Для начала спустимся в подземелье. Если за эти годы ничего не изменилось, мы можем найти много, как ты говоришь, «интересного»!
И она оказалась права, интересное они нашли. Оружейную, тюрьму, склады, библиотечное хранилище, несколько укреплённых лабораторий — в каждой из комнат имелось немало вещей, достойных помещения в пространственный браслет, чтобы изучить на досуге. С пленниками и заключёнными Ксинг морочиться тоже не стал — посрывав решётки и кандалы, он отпустил всех скопом. Ксинг не думал, что пленники являлись ни в чём неповинными людьми, был уверен, что среди них хватало подлецов и негодяев, но с этим следовало разбираться страже.
Наконец, когда со всеми делами оказалось покончено, Ксинг с Шадией двинулись наверх.
Они неторопливо, словно при посещении рынка, шли от этажа к этажу, не пропуская ни одной комнаты. Некоторые помещения были скрыты и защищены от обнаружения тем же заклинанием, что и весь город. Но Ксингу, способному охватить восприятием всю башню, пустоты и искажения служили цветастыми вывесками с просьбами всё здесь обязательно проверить, написанными большими иероглифами.
На каждом этаже имелись ловушки, полчища марионеток и дюжины боевых мусаваров, призванных остановить нарушителей. Но почему-то кроме нескольких перепуганных слуг и служанок, не встретилось ни одного человека.
— Они готовят встречу, — сказал Ксинг, с наслаждением наблюдая, как стройная затянутая в кожу фигурка Шадии прыгает, соблазнительно изгибаясь, между статуями стражей, оставляя за собой лишь искорёженные неподвижные остовы.
— Думаю, на самом верху, — согласилась Шадия, вытянутой рукой останавливая поток огня из стоящего на постаменте светящегося кристалла, а затем выламывая этот кристалл из крепления и пряча в пространство браслета.
Ксинг вытянул руку, преобразуя ци в элемент Металла. Из обломков марионеток вылетели маленькие кусочки азрака и легли на его ладонь, собираясь в один слиток.
— Пойдём, — нетерпеливо сказала Шадия. — Мне не терпится поболтать со старыми знакомыми.
— Им тоже не терпится поболтать с нами, — улыбнулся Ксинг. — Но это не повод пропускать что-то ценное.
— Ты и так уже набрал больше добра, чем понадобится в жизни, — мягко укорила его Шадия.
— Уж кто бы говорил! — парировал Ксинг.
— Девушки любят ходить за покупками! Особенно когда на этом рынке все товары бесплатны.
— Ну а я — из Дуоцзя! И у нас не принято оставлять вещи бесхозными.
