Это мир, в котором царит ветер, невероятно сильный, пронизывающий ветер, где формируются смерчи, буквально изменяющие реальность и, возможно, обладающие разумом. Среди людей уже поколениями живет легенда, что есть место под названием Верхний Предел, где ветер зарождается, где его можно победить и покорить, где сбываются любые желания. Именно туда отправляется Орда, экспедиция из 23 человек, которых всю жизнь готовили к этому походу. Исследователи и воины, лекари и трубадуры, они должны идти пешком, ведь их путь — настоящий ритуал, определенный веками, дань уважения ветру и настоящий вызов всем его формам. Это 34-я Орда, все остальные до нее потерпели крах, до цели не добрался никто, ведь земля вокруг не прощает ошибок. «Орда встречного ветра» — это книга-вселенная, в которой сплетаются приключения и поэзия путешествий, напряженное действие и поиски смысла жизни. Здесь 23 главных героя, и у каждого будет свой голос, отсчет страниц идет с конца, ветер вырывает буквы из текста, люди превращаются в фонтаны, а сражения на словах могут быть напряженнее, чем на мечах. Настоящий шедевр французской литературы, которому сложно подобрать сравнение.
Строй контра в форме капли воды
) На пятом залпе ударной волной проломило ребро заградительной стены, и сквозь зияющие стыки гранита деревню вмиг занесло песком. Я как можно ближе пригнулся к Пьетро, кварцевые стрелки его контрмаски трещали, от жуткого звука скрежещущего камня шлем пробивало до дрожи в зубах. Мы укрылись в переулке. Рядом с нами, прямо на земле, лежали два насмерть изрешеченных песком старика,— бедолаги наверняка замешкались, заколачивая ставни. Чуть поодаль, на перекрестке, всего пару минут назад хорохорилась ватага мальчишек — корчили из себя смельчаков, носились по улице без шлемов, бросали ветру свои ребяческие вызовы, да такие, на которые при подобной мощности и вязкости ветра не отважились бы даже мы сами. Теперь я тщетно вглядывался вперед, пытаясь отыскать их, но на перекрестке было пусто. Вся Орда прижалась к западному фасаду какой-то постройки, которая показалась нам не столь жалко сколоченной, как все остальные; мы ждали отката волны, короткой паузы в ускорении, когда можно будет проконтровать в лабиринте улиц вплоть до стены и уже оттуда выдвигаться дальше. Если, конечно, мы вообще решимся выйти за заградительный вал. В затишье было слышно, как стонал изогнутый металл куполов, как скрипел захлебывающийся песком ве-
тряк, то застревая, то снова раскручиваясь на полный ход. Лопасти трещали под металлической крошкой, сливались с общим ревом. Слева от меня, вытянувшись во всю длину, пытался забиться в слишком узкий для него уголок взъерошенный кот; по земле проскребли какие-то лавки, с крыш срывало черепицу из обожженной глины, подхватывало в струю поломанные игрушки, калебасы, и все это кубарем неслось мимо. Теперь уже было ясно наверняка — на нас шел ярветер. А значит, в запасе было не больше часа. Судя по напору, понятно было, что он пронесется квинтетом и сотрет эту чертову дыру в порошок. Да и чего еще было ждать от подобного захолустья со сквозными улицами и глинобитными постройками? О нем в контржурналах даже не упоминалось ни разу. Кому вообще пришло в голову разлиновать здесь улицы по квадратам? Ороси бы еще девчонкой в ужас пришла от такого плана застройки.
— Где Арваль?
— На разведке! Ищет проход в заслоне.
— А Караколь?
— Вместе с ним.
— Куда его понесло из Пака? Что за дерьмо? Зови его назад!
— Звать назад? Да я Сова в четырех метрах от себя не слышу.
— Что? Что случилось?
— Карак взял и выскочил из алмаза, чертенок такой. Кориолис сзади санями из-за него протащило.
— Он ее прикрывал?
— Как бы да.
— Чтоб его...
— Пьетро! Что будем делать?
— Поставить Горста на замену Кориолис. Возьмите ее в центр Пака, пусть Альма глянет, как она там.
— А вместо Горста кого?
— Леарха. Он сам предложил.
— А дальше что? Может, в воздушного кота еще поиграть предложишь?
— Дальше отката будем ждать, Фирост.
¿’ Друзья просторов и широт, мое вам вновь и вновь почтенье! Пожалуй же и к нам, старик-ярветер, наш неуемный папаша-свистун, как же мне мило предвкушать твое парящее на крыльях приближенье, сумбурное, конечно, но хотя?!. Ах, разумеется, пожалуйте и вы, молодые песочные глифы, хроны и антихроны! О, вы заявите о себе без лишних церемоний. Но я того лишь только и хочу, я жажду встречи с вами! Польщен и окрылен!
