Терпению самодержца наступал конец: он уже не мог мириться и с 6есконечно-"обжорным" лихоимством генералиссимуса Александра Даниловича Меньшикова, - казалось, тот готов был обобрать до нитки весь мир, не только Россию. А ведь Меньшиков был человек недюжинных способностей и храбр, и много "сотвориша" для Петра.
После ареста Меньшикова (1673-1729) по приказу малолетнего Петра II (1715-1730)* и ссылки в Берёзово вместе с семьёй наворованное добро вывозили из дворца генералиссимуса десятками возов - и это только одного серебра, изделий из серебра и других чрезвычайно ценных предметов. Гнев Петра I вот-вот должен был низвергнуться на голову "плутейшего" любимца, как, надо полагать, и на голову неверной супруги...
* Пётр II - внук Петра I от царевича Алексея Петровича, казнённого отцом-самодерж
цем Петром I, и принцессы Софьи Шарлоты Вольфенбюттельской. 14-летний Пётр II умер в
Москве от оспы, процарствовав 2 года и 8 месяцев. Это был последний представитель Романовых по мужской линии.
В своём интервью газете "Советский спорт" (6 ноября 1998г.) на вопрос: "Что вы цените в людях, что не прощаете?" - я ответил:
"- Предательство в любой форме. То, что люди продаются, идут на подкуп. Это вызывает у меня омерзение (и беспощадность к ним).
- Вас предавали?
- Да, очень много в жизни. Сейчас я занимаюсь политикой, вижу, как подкупаются люди, партии, лидеры, как даже близкие к тебе люди отворачиваются, если им в другом месте заплатят больше. Ненавижу это!"
Народ не понимал и не любил Петра и по смерти царя по-своему отплатил ему. Запечатлен сей исторический факт в лубке "Как мыши кота хоронили".
"Зато как и ненавидел народ старой веры своего преследователя, называя его антихристом и крокодилом, - рассказывает о лубке Дмитрий Александрович Ровинский, - с какою радостию проводил он его на вечный покой и, несмотря на страх кнута и пытки, сочинил ему шутовскую литью с мышами (лубок. - Ю.В.), которая держалась в народе полтораста лет и... пользовалась особенным почётом и любовью его и выдержала бесчисленное множество изданий...
Картинка разделена на несколько продольных полос, в самом верху надпись: "Небылица в лицах найдена в старых светлицах, обречена в чёрных тряпицах: как мыши кота погребают, недруга своего провожают, последнюю честь с церемонией отдавали. Был престарелый кот казанский, уроженец астраханский, имел разум сибирский (прямой намёк на перечисления в царском титуле. - Ю.В.), а ус сусастерский. Жил, славно ел-пил, плёл лапти (Пётр принуждал крестьян плести лапти. - Ю.В.), носил сапоги; сладко ел и сладко бздел; умер в серый четверг, вшесто пятое число, в жидовский шабаш ""*.
* Ровинский Д. Там же. С 163,156.
Ну и напоследок рассказ из сборника, составленного Яковым фон Штелиным. В моей билиотеке хранится первое издание этой знаменитой книги, напечатанной в Москве в 1786 году - за три года до начала Французской буржуазной революции. Ещё пребывали в добром здравии король Людовик XVI и красавица королева Мария Антуанетта. Были живы Мирабо, Робеспьер, Дантон... И Наполеон был тощеньким никому ненужным офицериком (вскоре он даже станет членом якобинского клуба в Балансе). К расцвету славы приближался Суворов. А Европу продолжал дурачить Калиостро....
Привожу рассказ сей с сокращениями.
"ПЕТРА ВЕЛИКОГО остроумный отказ на просьбу жидов, чтоб поселиться в России.
Уже тогда, как Царь Пётр Алексеевич в первый раз в Голландии находился... когда привлекал он в Россию искусных художников, фабрикантов, ремесленников и купцов, обещевая им разные преимущества, совершенную вольность и многие другие выгоды, то лукавые амстердамские жиды мнили воспользоваться сим случаем. Хотя они и знали, что Царь Иоанн Васильевич выгнал жидов из Российского Государства, и прочие, за ним последовавшие цари не позволяли им иметь в России пребывания, однако они думали, что Пётр Великий, преобразуя совершенно Россию и уничтожа многие старинные узаконения, переменит также и указ Царя Иоанна Васильевича... И так прибегнули они к знатнейшему любимцу Российского Монарха, славному амстердамскому Бургомистру Ван Витсену и просили его быть их ходатаем у Его Царского Величества, чтобы Он также и жидам... позволил быть в России и завесть торговлю. Причём они о знатнейших выгодах Россиян при продаже... товаров жидовскими купцами живейшими красками представить не забыли. Сверх того обязывались они за исполнение их просьбы в доказательство первой их признательности поднесть Царю в подарок сто тысяч гульденов наличными деньгами.
Бургомистр Витсен склонился на просьбу Израильтян и обещал при первом случае предложить о том Царю...
Царь сначала внимательно слушал сие предложение, но, наконец, улыбаясь, сделал ему следующий ответ: "Господин Витсен, вы знаете жидов и мысли моего народа. Я также знаю обоих... ещё не время допустить жидам поселиться в моём государстве... сожалею, что они хотят
поселиться в России, ибо, хотя они и почитаются искуснейшими обманывать в торговле весь свет, однако же сомневаюсь, чтоб им в том удалось моих Россиян.
