Если бы народ отдал мне на выборах свои голоса, как белорусы Лукашенко, мучения народа прекратились бы в тот же день и уже навсегда. К прискорбию, народ это не понял и теперь рассчитывается, а если бы понял - мы вырвались бы из лап кровососов и разрушителей России. Для этого я и не щадил себя.
Губят народ и такие суждения: "Этот кандидат мне понятен и близок, он наш, но он не наберёт нужного количества процентов, поэтому мы будем голосовать за другого, за X..."
Нет ничего более ошибочного такого подхода. Голосовать следует за того, и только за того, кто с наибольшей полнотой выражает ваши пожелания, ваши убеждения. Всякое прочее голосование недопустимо, ибо подрывает правду и надежды на улучшение жизни. Другой (пусть тот же X) - это уже полуоппортунист, соглашатель. Спрашивается, вы хотите своего кандидата привести к власти или соглашателя? Но не забывайте: соглашательство - это предательство. Именно им клеймены ложнонародные кандидаты на выборах последних лет (вы хоть поинтересуйтесь, откуда у них десятки миллионов долларов на ведение предвыборной кампании и вообще, отчего они столь безбедно живут, эти "народные борцы"? Никто деньги даром не даёт. А раз дали, - значит, за что-то; значит, "народные борцы" уже на привязи у тех, кто даёт деньги. Это и есть подкуп.
Голосуй за того, кто выражает свою волю, только за него.
Голосование за меня со всей решительностью давно уже могло коренным образом изменить обстановку в стране и привести к власти весь могучий клин патриотически мыслящих, преданных России людей. Ничего подобного тому, что происходило после 1996 года, не было бы и в помине. Россия неуклонно продвигалась бы по пути возрождения.
Только подумать: всего одно голосование (в 1996 году) - и судьба Россия оказалась бы решена. Я с таким трудом прорвался в кандидаты на пост президента: это не рассказать, за этим просто кровавый след моей жизни.
Я встал во весь рост среди богачей, встал для своего народа.
Я всем давал понять, для чего я пришёл на выборы. Личная власть меня совершенно не занимала. Народ в один день мог перевернуть свою историю.
Не захотел, полез в ельцинский хомут, принялся искать правду в зюгановском блоке - оный мог победить, но не победил, ибо в верхушке своей боялся победы и подыгрывал режиму. Во всяком случае, будучи осведомлен о всех крупных подтасовках на выборах, смолчал, не стал даже заикаться о них.
ГЛАВА XI
Снова обращаюсь к истории.
По книге Ровинского:
"Побывав за границей и насмотревшись на тамошние порядки, он (Пётр. Ю.В.) задумал завести и у себя Европу, и притом "как можно поскорее". И вот началась перестановка декораций. Сам он выбрился ещё прежде того, оставив одни усы торчком, подбритые снизу, "усы котцки" (кошачьи), как выражаются старообрядцы... В 1705 году вышел указ: всем в Москве, кроме людей церковного чина, носить с 1-го января до Пасхи, верхнее платье саксонское, а исподнее, камзолы, башмаки и прочее - немецкое. Летом же всем, даже крестьянам, носить одежду французскую. Торговцам запрещено было делать и продавать русское платье и сапоги, и черкесские кафтаны. В этом же году велено всем сбрить бороду и усы, причём однако ж дозволено от этой обязанности откупаться... Откупившие свою бороду обязаны были носить на шее медаль с изображением бороды..."*
* Ровинский Д. Русские народные картинки: Книга V. - СПб.: Типография Императорской академии наук, 1881. С. 262-263,159-160,159.
Надо сказать, что неношение бороды запрещала вера. "Стоглав" не дозволял брить усы и бороду (русская церковь считала, что ересь с бритьём ввели после Константина Ковалина римские "папы со своими епископами в угоду женщинам", то бишь похоти).
Печатью Антихриста называл простой люд клеймо, которое по распоряжению самодержца накладывали новобранцам-рекрутам на руку раскалённым докрасна железом для предупреждения побега.
В оправдание Петра можно привести Наполеона, который тоже некоторое время клеймил новобранцев. Однако в истории русской армии ничего подобного ни в самые ранние, ни в позднейшие времена не наблюдалось. В России клеймили лишь каторжников - рвали ноздри и клеймили*.
* Ровинский Д. Там же.
Семнадцатилетний царь Пётр проявил малодушие при стрелецком бунте, затеянном его сводной сестрой правительницей Софьей Алексеевной (1657-1704) в августе 1689 года, но малодушие сие простительно, Пётр был ещё по-щенячьи молод. Однако возмужает он быстро. Времени на юность не было. Престол требовал хозяина.
