Время для развития полностью

Выше было сказано, что текущее поведение монополий вызвано возможностью вместо производства прибавочной стоимости на основе использования результатов научно-технического прогресса просто перераспределять существующую стоимость. Чтобы продлить существование такой малопроизводительной и перераспределяющей системы, требуется уже кредитовать потребителя для обеспечения спроса, производя для этого денежную эмиссию. И мы знаем, что это было возведено в систему после 1980 года[69] почти на 40 лет, до тех пор, пока такая политика не упёрлась в невозможность продолжения в связи перекредитованностью и домохозяйств, и бюджетов стран. Возможности финансовых механизмов, таких как банковский, эмиссионный и товарно-биржевой мультипликаторы, производные финансовые инструменты и различные рейтинги, имеют свои границы возможного. И при этом создают необеспеченный воспроизводством спрос. Поскольку расширенное воспроизводство создаётся через высокие зарплаты, а не через потребительские кредиты. В результате производство не производит потребительные стоимости в достаточном объёме.

Ярчайшая иллюстрация — неспособность самой богатой в XX веке экономики США создать общедоступное здравоохранение. Прекрасно функционирующее на находящейся около 60 лет в экономической блокаде Кубе (детская смертность, продолжительность жизни и прочие показатели здравоохранения на Кубе лучше, чем в США[70]). Сюда же следует неспособность богатейшей экономики XX — начала XXI веков создать общедоступное качественное образование, современную транспортную инфраструктуру, пенсионную систему.

Эта неспособность создавать довольно простые для XXI века общественные блага вызвана сущностью отмирающей формации. Необходимость накопления капитала для капиталистического развития имеет неприятный побочный эффект — это накопление безразлично к предмету труда. Окупили затраты у производителя с прибылью — и хорошо. А то, что производятся продукты, пользующиеся спросом лишь в условиях основанного на кредитной эмиссии для оплаты потребления — это при таком критерии совершенно не отслеживается и не управляется. То есть делается много на самом деле ненужной работы. Создаётся видимое изобилие, стоящее на глиняных ногах финансовых пузырей. Но ведь труд, потраченный на пустое, не потрачен на что-то действительно необходимое. И это ещё больше снижает эффективность экономики. Это расплата за господство спекулянтов над финансовым капиталом.

Как так получается?

Общество при развитии с опорой лишь на накопление капитала испытывает мальтузианскую боязнь растратить ресурсы будущих поколений. Оно пытается как-то обуздать собственную модель развития, поставить бизнес на службу общественным интересам. Но этому мешают частные экономические интересы как привычной способ обоснования решений.

Точнее: идея сохранения накопления капитала как модели развития и принцип максимизации частной прибыли при принятии экономических решений противоречат друг другу на фоне задачи устойчивого развития. И это — современное явление, почему его назовём современным противоречием.

Противоречие современное (эпохи кризиса государственно-монополистического развития) — между накоплением капитала как моделью развития и стремлением к максимизации частной прибыли на фоне задачи устойчивого развития. Снимается осознанием всеобщего момента — времени как измерителя в экономике и за счёт этого — планомерно создаваемой социальной экономии труда (времени) как нового ресурса для развития.

Если же не делать накопление капитала критерием принятия решений, а делать таковым удовлетворение объективных потребностей и возможность развития каждого человека — ошибки такого рода не накапливаются.

Осознание времени как объективного измерителя всех экономических величин, а экономии времени (социальной экономии труда) — как ресурса развития даёт основание для планомерного создания и использования данного ресурса.