- Ну вот, а говорил – скромный, да юный! А чуть разговор зашел о девках – сразу про Варьку вспомнил!
- Да хватит уже! Сказал же! И мне, действительно, не безразлично, как там у нее дела.
Игорь чуть успокоился, попивая компот.
- Да так же, как и у нас! Она же думала – ухватила Бога за бороду! Ага! Прыгнула в койку тому хрену из культуры и все! Жизнь удалась! Да не тут-то было! Ее в той филармонии ждали еще пуще, чем нас… как же! Там уже все ступеньки расписаны, и все-все девицы расставлены по ранжиру! Кто, что и с кем! Там такие змеи есть – ты не поверишь! А я говорил Варьке! Ну как же! Послушает она! Вот и настучал кто-то из этих змеюк жене того хмыря! И стало Вареньке и больно, и страшно! А эти… суки… еще и потешаются! В общем, предложил я ей с нами уйти. А она, дура, еще на что-то надеется… сомневается.
- Так ты ж тоже – согласился тогда в филармонию уйти! Чего же тогда над Варей куражишься?
- Да не куражусь я! И - да, тоже дурака свалял! Понадеялся! А ведь знаю эту клоаку творческую…
- Так где она сейчас? Чем занимается?
- А-а-а-а… также – ездит по всяким выездным. Шпыняют ее, суют куда ни попадя…
- Да, кстати, - Калошин оживился, - ты слышал, как филармония твои песни записала? Нет? Ха-ха! Лучше и не слушай, в таком разе! Это что-то совсем страшное!
- Что же там страшного-то?
- Да там такие певцы – слушать противно! Уши заворачиваются, и скрежет зубовный!
- Да скажи ты толком!
- А что говорить… Есть у них там… всякие заслуженные певцы. Начальству, как водится – жопу вылизывают. А вот голос… хотя и голос вроде есть, но петь не умеют! Песни… с чувством нужно петь, с чувством! А не этот елей и патока! Там такая срань получилась, не могу передать!
- Да мне как-то… все равно! – тут Иван, конечно, лукавил. Ему было не все равно!
- Ага-ага! Ты бы услышал – так бы не говорил!
Немного помолчали. Потом Калошин спросил:
- А ты-то что в филармонии делал?
- Да я сам толком не понял. Попросили заехать, пояснить, как договоры подписывали, да еще какие-то вопросы задавали.
- А кто?
- Мужик… представился фининспектором.
- Ага! Значит и правда – не врал слушок! Так им, сукам и надо! Пусть сейчас повертятся! Сейчас их за жопу-то возьмут!
- Да ты объясни толком, что происходит?!
- Я сам точно не знаю. Просто слышал разговор, что эти песни Ваши филармония как-то криво оформила. По всем кабакам города своих шпионов разослали, да застращали всех по поводу рапортичек, и отчислений. А сами… шепчутся люди, что и Вас они дурили, и государству что-то недоплачивали. Вот их за жопу-то и взяли! Ай, как хорошо!
Сам Косов не мог определить свое отношение к этому. Денег он будет получать больше? Ну… вроде бы и хорошо! Жучков этих на чистую воду выведут? Тоже, наверное, неплохо! Но что бы так радоваться, как Калошин? Поводов – не видел.
- Ты просто не понимаешь, Ваня! Там руководство… материться хочется! Небожители, блядь! Ну, и круг приближенных к ним! А остальные – если и не рабы, то где-то близко! Вот их сейчас и причешут, бар этих! Ведь сами они ни хренашеньки в творчестве не понимают, а гонору – поверх бровей! Так! Такую новость нужно непременно отметить!
Калошин вскочил и пошел к раздаче. Там он негромко переговорил с какой-то женщиной, и через несколько минут вернулся с заварником в руках.
- Так-то тут нельзя… Но если хорошие люди просят, то – можно! Давай, по стопке примем! У них там, по слухам, опять же… и без того грешков хватает! Там и концерты левые, которые по предприятиям, да мимо кассы. И еще – по хозяйственной части. Так что солоно им придется, если раскручивать начнут, солоно!
Они приняли по стопарику, с оглядкой. Но народу в столовке, по причине неурочного времени почти и не было.
- Слушай, Иван! А у тебя… еще песни есть? – Калошин был напорист и нагл.
Иван помолчал, но потом нехотя признал:
- Есть… Правда они опять же – больше женские.
Игорь ухмыльнулся:
- Все-таки ты не оставил мысль Варьку на спинку уложить! Что она – запала тебе так в душу, что ли? Так – баба, как баба. Ничего там необычного нет. Даже и попроще будет в этом деле, чем… некоторые. Уж я-то знаю!
«Вот отчего у него периодически выходит это как-то… скабрезно! Вроде и мужик неплохой, а прорывается иногда… эдакое!».
- Это не специально… даже не для Вари, - Иван разозлился сам на себя – «чего мямлю!», - да и злость меня берет! Вроде бы все… ну – к этому шло, а потом она – раз – хвостом вильнула и нет ее!
- Ага! Она, Варька, такая! Ее сразу нужно брать, пока не сорвалась!
Приняли по второй.
- Игорь! А я вот не могу понять – музыканты у тебя стоящие, сам – поешь! Варя, вот тоже – очень неплохая певица! Почему бы Вам не сделать такой коллектив… ну как, к примеру, у Утесова, в Москве?
- Ишь ты куда махнул! У Утесова! – Калошин помолчал, - да была мысль такая! Но сначала все в организационные вопросы упиралось, все-таки нужно быть под кем-то! А потом – характер у Варьки – это что-то! Как взбрыкнет, так только – бежать!
- Ну так… когда Вы… вместе были… что же ты тогда ее в шоры не взял?
