Наташи учились в медицинском училище, собирались, по их словам, получив некоторый опыт работы в больнице, продолжить обучение а мединституте. Они были забавной парой: одна, ростом в полтора метра, не более, была пышкой, а вторая – рослая девица, толстой не была, но была излишне крупноватой, в плечах и бедрах. До эпитета «баба-мужик» не дотягивала, но лишь чуть-чуть. И, в противоположность штампам – именно крупная Наташа была хохотушкой, а вот «мелкая» - сама серьезность. Забавно! И еще непонятно – чего это «мелкая» такая… сдобненькая. Ведь чтобы сдать нормы – нужна очень неслабая спортивная подготовка.
Ирина была довольно интересной девушкой: чуть выше среднего роста, с хорошей фигурой и привлекательным лицом, она обладала выдающимся бюстом. Даже как-то странно смотрелось, размер эдак четвертый, не меньше.
С некоторым удивлением оглядев такое «богатство», Иван поймал на себе неприязненные взгляды обоих парней.
«Ого! Да здесь похоже «треугольничек» назрел! И мой удивленный взгляд неправильно поняли. Не объяснять же парням, что в глазах Косова, такое «достоинство» - скорее недостаток! Вот никогда не понимал юношеской зацикленности на размерах женской груди! Нет, «нулевочка» - это, конечно, плохо, но и все что больше «тройки» - тоже излишества нехорошие!».
Сама обладательница, судя по заинтересованному взгляду, так же неправильно оценила его удивление.
«Ну да пусть их! Потом может и дойдет, что мне все это – абсолютно «параллельно»!».
Ирина уже работала в одной из больниц города. Но собиралась перейти на работу в одну из воинских частей, а потому этот статус – ворошиловский стрелок, с соответствующим значком, да на такой груди! ей очень бы не помешал.
Привлекли его внимание несколько пареньков, лет по пятнадцать-шестнадцать. Держались они несколько на особицу, и практически не общались с другими. И между собой они разговаривали короткими отрывистыми фразами. Очень серьезные подростки.
- А это кто? – спросил он у одной из девушек.
Она проследила за его взглядом:
- А-а-а… это «шестаковцы». Не обращай внимания, они всегда так себя ведут. В серьезность все играют.
Косову стало интересно, кто же такие, эти – «шестаковцы». Из рассказа понял, что есть в Красно-Сибирске такая спецшкола – им. ГСС Шестакова, который и был ее основателем и первым директором.
- Сам он погиб в тридцать первом, на КВЖД. А школа сейчас специализируется на подготовке к службе в Погранвойсках. Вот они – такие! Целеустремленные, серьезные, даже чересчур серьезные, - хмыкнула девушка, - ну и другие для них… не то, что пустое место, но… не ровня им. Они нацелены на служение, а мы – так, погулять вышли. Прожигатели жизни мы, вот!
Интересно! В прежней жизни Елизаров слушал, что были такие спецшколы – артиллерийские, военно-морские, какие-то еще. Но вот так – столкнуться с учениками таких школ, не ожидал.
- А разве у них в школе нет стрелкового кружка, если она такая… специализированная?
- Есть! Но там они сдают только на первую степень, а вот за второй – приходят сюда!
Поболтать еще с компанией он не отказался бы, но перерыв есть перерыв. Дальше снова – внимание к словам инструктора, конспектирование, зачерчивание таблиц.
После занятий они вновь немного пообщались с новыми знакомыми, уже стоя на улице, возле ступеней Дома Красной армии, и распрощались до следующего занятия.
«Все-таки «упереться» с этой теорией в следующие две недели придется!».
На следующее утро, директор огорошил его новостью:
- Иван! Ты знаешь, что некоторые наши песни в филармонии записали и сейчас начали крутить на радио?
Косов полагал, что когда-нибудь это случится, но за суетой повседневности, умудрился забыть.
«Слава настигла его неожиданно!»
Хотя какая слава? По словам Ильи, их серьезные песни несколько раз, с разбросом в месяц, прокрутили по местному радио. Кто-то из знакомых директора, сказал тому, что запрос на эти песни есть, они понравились и начальству и, судя по откликам, - людям, потому стоит ждать их дальнейшей раскрутки.
«А что мне от того? Деньги капать начнут интенсивней? Но сейчас меня эти деньги вообще не интересуют, и так имеющихся – не освоить. Не в загул же пускаться!».
- Иван! Ты что – не снимаешь деньги с книжки? Перечисления же туда идут! – Илья был удивлен.
- Знаешь, дружище, я как-то за всей этой суетой и учебой… и забыл об этом. Да и на что мне деньги? На еду мне и заплаты вполне хватает. Ты же знаешь, я многое из продуктов – вон, у Мироныча, или Якова покупаю. И качественнее у них – все же со своего хозяйства, да и денег они берут немного. Даже неудобно как-то, вроде как подкармливают меня за копейки какие-то.
Илья хмыкнул:
- Ну ты все же поинтересуйся. Там пока немного, но постепенно отчисления будут нарастать.
«Ага… у него же Тоня! Она хоть и не заядлая растратчица, не фифа какая-нибудь, но все же – женщина, а значит деньги Илье сейчас постоянно нужны. Да и, насколько я знаю, он и своим родителям помогает».
- А я как раз хотел тебе предложить несколько текстов. Мотив у меня, вроде бы, есть. А вот обработать все, на ноты положить… Я же все-таки Елизавете обещал песни для школы.
