На Киру он уже старался не смотреть. Ну… старался, да. Она стояла, потупившись рядом – руку протяни. Улыбается как-то странно, загадочно…
- А что, ребята, хорошие же песни, согласны?! – обратился ко всем присутствующим тот, самый главный комсомолец.
Народ зашумел, переговариваясь, но чувствовалось – одобрительно.
- Я Вам так, товарищи, скажу! У нас сегодня не только новый комсомолец появился – вот, Иван! У нас, товарищи, образовался дуэт авторов песен… я бы сказал – союзного уровня! Вот увидите – эти песни еще и в Москве будут петь, и по радио мы их услышим! Точно Вам говорю! И это, между прочим, внушает гордость за наш город! Правильно?
Они, не торопясь, брели с Кирой по улицам города. Сначала Косов был в ступоре от происшедшего. Не от вступления в комсомол, а от того, как это произошло, и что в итоге получилось. Как на это реагировать, он не знал. Так бывает, когда чего-то хочешь, но даже думать об этом не смеешь. А тут – раз, и вот оно! А ты этому… вроде бы и не рад! Хотя… рад, конечно, но… а что с этим теперь делать?
Он и раньше подозревал, что интересен девушке. Ну как интересен? Как этакий забавный, и довольно смешной зверек! А сейчас… Сейчас она явно показала, что он ей вовсе не безразличен.
«Хочу ли я развития этих отношений? Она мне нравиться? Безусловно! Тут даже не «нравиться» нужно говорить, а… как-то по-другому! Я готов к такому? Нет! Однозначно – нет! Не ко времени все это! И еще больше запутывает ситуацию с моими женщинами! Струсил, прощелыга? М-да… Выходит - струсил».
Кира, похоже, чуть успокоилась, взяла себя в руки. И теперь шла рядом, попинывая свежий снежок, обутой в красивый ботик ногой. Изредка искоса поглядывая на Косова. А что говорить, он не знал. Тоже поглядывая на девушку, он видел, что она уже и улыбаться начала чуть насмешливо.
«Ну вот… это уже привычнее, такая Кира!».
- Г-х-м… ну как у тебя дела? – «вот дурак-то… нашел что спросить! И тон такой – фальшиво-участливый!».
Она засмеялась, глядя на него с удивлением.
«Противно мне что-то… от себя самого!».
Потом девушка как будто встряхнулась и, продолжая улыбаться, сказала:
- Дела? Да вроде бы все… нормально. Учусь в институте, вот… решила подработку взять в больнице. Не для денег, а для практики.
- Как родители? – «неправильно все, неправильно! Что ты мелешь, лишенец!».
- Тоже все… благополучно! Мама работает, папа – служит! Да! Витька вот… обормот, сделал Татьяне предложение! Наконец-то! Мы уж думали этого не случится! – она оживилась.
- Я… рад за них! – что-то же надо говорить?
- Да уж… Вы, мужчины, иногда так… смешные какие-то. Все цепляетесь за свою свободу!
- Ну-у-у… это понять можно. Когда сомневаешься, что важное решение правильно.
- Да ладно! Это – отговорки все! Сомневаетесь вы! Гулены и… бабники!
- Ну… и это есть. Но не все же! Вот – твой Сергей, он же не бабник?
Он вроде бы заметил, как девушка немного поморщилась. Или показалось?
- Да… Сережа – не бабник! Он… очень цельный такой… человек! Надежный, целеустремленный, честный.
Теперь уже Косову пришлось скривиться:
- Слушай… давай не будем… о Сергее.
- Так ты же сам о нем вспомнил! И как тебя понимать?
«Да я сам себя хрен пойму! Как меня понимать… Как законченного мудака и придурка!».
Она расхохоталась.
«Это что – я вслух что ли сказал?! Совсем уже крыша поехала?».
- Ну вот… с самокритикой у тебя все в порядке! Ну хоть это радует! Не совсем, значит, пропащий человек!
- Да… только это и радует! Ладно… давай о чем-нибудь другом! Вот ты сказала, Виктор сделал предложение Татьяне. А что же Сергей тебе предложение не делает?
Она, чуть наклонив голову, посмотрела на него:
- А кто сказал, что он не делает мне предложение? Он уже не раз это делал. Впервые – еще на выпускном вечере, в школе! Представь! Только я… не готова сказать «да». Там… все сложно!
«Так вот как! Эта фраза у женщин уже сейчас популярна?».
- И почему же… позволь спросить? – Косов якобы без интереса посмотрел в сторону.
- Да-а-а… Сергею уезжать этим летом. Он в Качинское училище учиться поедет. А мне куда? Бросать институт? А потом что? Ладно бы он уже отучился, в часть поехал. Там хоть какая-то определенность есть. А сейчас? Ну поеду я с ним и что? Он – в казарме, а я – где? И чем мне заниматься? Нет уж… Вот доучусь, тогда и посмотрим!
- Х-м-м… так медикам же учиться долго! Сколько тебе еще? Три года? Четыре?
— Вот и поглядим… проверим наши чувства.
- А-а-а-а… а они есть… эти чувства? Ну – с Сергеем понятно. А у тебя?
Кира как-то нехорошо прищурилась:
- А вот это, Ваня, - не твое дело! Как мне кажется! Или у тебя есть другое мнение?
Он покачал головой и, чтобы взять паузу, начал прикуривать папиросу.
- Курить на ходу – вредно! – наставила на него палец Кира.
«Ну вот… вроде бы отошла от неудобного вопроса! Сдается мне, она просто не хочет ссорится!».
- Есть такое мнение… что жить, в целом, вредно! – хмыкнул Иван.
Она снова засмеялась.
«Как же мне нравится, как она смеется!».
- Слушай… я себя постоянно чувствую рядом с тобой… каким-то дурачком! Даже не знаю, что говорить, представь!
