С Тоней получилось поговорить на следующий день. Он рассказал про концерт, про приезд Калошина, про новые песни и про то, что ему требуется помощь Ильи. Девушка не сказала ни да, ни нет, но ушла задумчивая.
«Вот и пусть готовит своего… моралиста сраного… к нашей совместной работе!».
- Ты знаешь, Елена совсем нас загоняла! Мне этот драный подиум уже ночами сниться! Я знаю, сколько шагов до поворота, я знаю все складки на покрывающем его брезенте! Иногда мне кажется, что я вовсе не человек, а такая механическая кукла! – жаловалась на Завадскую Фатьма, - и да, Ванечка, тебя я тоже убить готова!
- А меня-то за что? – удивился Иван, пребывающий в расслабленном после соития состоянии.
- А какой мудак, как ты выражаешься, придумал эти туфли? Кто это сделал, назови мне его! А уж девчонки… они тоже тебя убить готовы. Только я, в отличие от них, не обзываю одного малолетку неприличными словами! Хотя… очень хочется!
- Чего это я… малолетка? Мне восемнадцать! А скоро и девятнадцать будет! – довольно глупо надулся Косов.
«Хотя… если разобраться – а кто я для них? Малолетка и есть!».
- А Елена чего? – поинтересовался Иван.
- А Елена… она нахваливает тебя! Может – назло нам? Или и правда так считает, что ты – гений?
- Нет… тут она, несомненно, права! А что сделаешь? Ну – гений… И ничего не попишешь! Признайся, красавица, ведь ты тоже так считаешь? – наигранно-равнодушно протянул Косов.
- Ах, ты… говнюк! Ну-ка иди сюда! Иди сюда, я тебе сказала!
И через некоторое время:
- Да… да… вот так! Да! Еще, Ванечка! Еще!!! Сильнее!
«Игры такие, ага!».
Спустя некоторое время:
- А эта… Ритка. Подкатывала уже ко мне с разными… нескромными вопросами. «А вот скажи, Фатя, правда ли…?», «А вот… это – правда?».
- А ты что? – еще не совсем восстановив дыхание спросил Косов.
- А я что? Я улыбаюсь и молчу! Пусть думает, что хочет!
- Представь, Ваня! Мы, пока репетируем это… дефиле, мать его! Уже несколько вещей порвали, представь! Они же деньги стоят! Но и научиться все это снимать-одевать быстро-быстро – тоже нужно! Хорошо, что нам костюмер из театра помогает! Ну, такая… в возрасте женщина.
- А что Александр? Как эту вакханалию воспринимает? – улыбается Иван.
- Как, как… Вздыхает и молчит! Знаешь, его даже жалко становится!
— Вот что, Ваня! И даже не спорь со мной! Седьмого ты идешь со мной. Будешь с самого начала и до самого конца! А то я… боюсь, что описаюсь со страха! Кстати, Завадская тоже спрашивала – будешь ли ты на дефиле.
Косов уже знал, что показ модной одежды приурочен к Международному женскому дню.
«А что? Не самое глупое решение! И таки да! Придется идти, поддержать мою девочку. Да и остальных… тоже!».
«Ни хрена ж себе! Это сколько же они работы проделали?».
Эта сквозная комната, ведущая во двор ателье, благодаря усилиям неизвестных Косову мастеров, превратилась во вполне уютную костюмерную-гримерную. Шпалеры одежды и белья по стенам, несколько небольших столиков вдоль одной из стен, диванчик вдоль другой, Несколько зеркал – метра по два высотой каждое!
«Где они только такие надыбали? Из какого-то балетного танцевального зала? Или как там называется зал… ну, где еще балетные станки вдоль стен стоят!».
Завадская встретила его тепло. Даже несколько излишне… тепло! Обняла, и расцеловала! Причем… как ему показалось – вполне искренне!
К удивлению Ивана, Фатьма сделала вид, что ничего сверхъестественного не происходит. Рита почмокала возле его щек, покосившись на подругу Косова. Клава… Той, похоже, все было – параллельно!
С собой Иван принес несколько бутылок спиртного.
- На после Вашего фурора! Неужели такое, да не отметить?!
- Ну уж фурора?! Скажешь тоже, Ванечка! Хотя… при любом результате – лишним не будет!
Косов спросил Елену шёпотом:
- А перед выступлением… девочкам можно – по чуть-чуть? Чтобы волнение снять?
Та кивнула головой:
- Но только – по чуть-чуть! Граммов по тридцать-пятьдесят!
Пока девушек гримировали и делали прически, Елена подсела к нему на диван:
- Представляешь! Дирекция ателье думала людей зазывать по бесплатным пригласительным. Только сразу же… не успели они распространить первые двадцать штук, как выяснилось, что впору – торговать билетами! Желающих – в зал не входят! Тут неприятностей, скорее, приходится ждать не от проведения такого мероприятия вообще, а от того, что какая-нибудь важная дама билета не получит!
- Странно! Никакой же рекламы не делали! Откуда же столько желающих поглазеть?
- Так сколько готовились? Все равно то тут проболтаются, то там по знакомым шепнут. Так-то никто тайны не делал. Вот и результат!
- И сколько ожидается зрительниц? Показ же закрытый? Только для женщин, не так ли?
Елена хмыкнула, покосилась на него с улыбкой:
