Время для звезд полностью

Около полудня ввалился Туз Квиггл, плюхнулся на стул.

– Привет, космический пират! Что слышно от властелинов Галактики? Гы! Гы! Гы!

Как бы он отреагировал, ответь я честно? Я дотронулся до «счастливки» и произнес:

– Что закажешь, Туз?

– Как обычно, и взбей получше!

– Шоколадный солодовый?

– Сам знаешь. Что ты такой снулый, кадет? Проснись и погляди на мир вокруг тебя.

– Как скажешь, Туз.

Не стоило обращать на него внимание; он жил в мирке узком, как пустота меж его ушей, и мелком, как свиная лохань. Вошли две девчонки; пока коктейль Туза крутился в миксере, я налил им кока-колы. Туз с улыбкой от уха до уха спросил у них:

– Дамы, вы знакомы с Капитаном Кометой?

Одна захихикала, а Тузу только того и надо.

– Я его агент. Захотите полюбоваться на подвиги – свяжитесь со мной. Капитан, я все думаю насчет рекламы, которую мы запустим.

– Что за реклама?

– Послушай, что я тебе скажу. «Есть скафандр – готов путешествовать!» – этого мало. Чтобы твой клоунский балахон принес денежки, надо поднапрячься. Так что мы добавим: «Истребляю пучеглазых монстров! Профессия – спаситель мира! Цена договорная!» Годится?

Я покачал головой:

– Нет, Туз.

– Чего это ты? Ни фига не понимаешь в бизнесе?

– Рассмотрим факты. Я не беру денег за спасение мира и не делаю этого под заказ. Это происходит само собой. И вряд ли я стал бы спасать мир, в котором живешь ты.

Обе девчонки заржали, а Квиггл нахмурился:

– Умный, да? А может, не слышал, что покупатель всегда прав?

– Всегда?

– Конечно. Заруби это на носу. И давай сюда коктейль!

– Хорошо, Туз.

Я поднял стакан. Он швырнул мне тридцать пять центов. Я отодвинул их обратно.

– Это за счет заведения.

И плеснул коктейль ему в лицо.

На доске объявлений у аудитории 1712-А средней школы имени Патрика Генри мигал красный сигнал. Род Уокер попытался протиснуться через толпу учащихся, чтобы взглянуть, что там за объявление, но ему тут же двинули локтем в живот и посоветовали не толкаться.

– Извини, Джимми, я не нарочно. – Род зажал локоть в борцовском захвате, но давить не стал и, вытягивая шею над головой Джимми Трокстона, спросил: – Что там такое?

– Сегодня занятий не будет.

– Почему?

Ответил ему кто-то из стоящих у самой доски:

– А потому, что завтра начнется Ave, Caesar, morituri te salutant![24]

– Серьезно? – Род почувствовал, что внутри у него все сжимается в тугой узел, как это обычно бывает перед экзаменами. Затем кто-то отодвинулся в сторону, и он наконец прочел объявление: